Боевой устав гнома

Часть этих порождений Хаоса некроманты также сманили на свою сторону. В основном тех, кто прежде соблазнял живых на плотские грехи. Ибо власть круче похоти даже для демонов. Инкубы после перехода к некромантам становились вампирами, суккубы – бестелесными духами-умертвиями. А никчемная демонская мелочь вроде бесов – упырями. Они исполняли роль жандармов и охранников, а если понадобится, то и палачей.

– С тех пор все остается неизменным. Уже скоро полвека, – закончила Прозерпина грустное чтение и вздохнула.

– Хорошая книга, не зря ты ее прихватила, – похвалил гномеллу Федор.

 – Не пойму только, почему некроманты не уничтожили ее.

– Так ведь они интеллектуалы. Поборники учености и ценители любого знания, даже вредного. Вместо того, чтобы сжечь, отправили книги к нам. Знали – это лучше, чем на десять локтей в землю закопать. Никто по своей воле в порт перевалки трупов не отправится, а мы с Евронимусом и без того все знаем. Он ведь когда-то был правой рукой Кимериса, да только разошелся во взглядах.

Вот его и назначили кюбернетом в нашу провинцию. Но сперва, конечно, лишили всех званий и возможности творить магию.

– Это как?

– Зашили под кожу анти-магическую «мину». Проклятую сильнейшими магами косточку из фаланги его собственного мизинца с ноги. Если начнет колдовать, умрет в страшных мучениях, а после восстанет омерзительным вурдалаком.

– Жестоко, – пожалел бывшего кюбернета Зак, и Федор кивнул, соглашаясь.

– Ну, ему пообещали, что если будет доблестно трудиться, то ссылку отменят и «мину» извлекут.

Вроде бы уже готовился такой указ. А тут вы…

– Вот и пусть будет благодарен, – сказал Федор. – Избавили его от участи быть побежденным вместе с Кимерисом и прочей мразью.

– Так он и благодарен по-своему. – Гномелла улыбнулась. – Не козни строит, как видите, а хронику славного похода пишет.

– А твоя-то история какая? – поинтересовался Стволов.

Выяснилось, что отец Прозерпины издавна работал в порту и нередко брал дочь с собой. И она играла где придется, частенько общалась со старой бухгалтершей людского рода, переняла у нее мастерство.

На погосте у нее с парнями совсем не ладилось, те ее слишком умной для гномеллы почитали. А потом отец умер, старушка бухгалтерша тоже… Так Прозерпина и стала сотрудницей у Евронимуса.

– Спасибо, что не взорвали нас, добрые сиры, – подытожила девушка. – Может, мамашу повидаю, если еще жива.

* * *

Ближе к концу дневного перехода наконец-то произошел контакт с аборигенами.