Боевой устав гнома

 – Федор, ты же знаешь, что у меня фобия, связанная с собаками. Я готов сразиться с раптором один на один, да я уже делал это и победил! Но собака… Это сильнее меня, мужик! Ты должен отправить его обратно.

– Успокойся, – сказал Стволов. – Фенриц не простой пес, он чолльсинец.

– Что это меняет?

– Абсолютно все, камрад. Чолльсинские овчарки – фактически не животные! Это разумные существа в теле собак. Просто говорить не умеют.

– Поклянись.

– Клянусь змеиными ногами Номмо и щедрыми дойками Матери Грязи! Фенриц, покажи сиру Маггуту, что ты понимаешь человеческую речь.

Умный пес с удивлением посмотрел на Федора. В его взгляде явно читался вопрос «как я это, во имя всех чолльсинских святых, должен сделать?»

– Ну, наклони голову, или на задних лапах пройдись.

Фенриц душераздирающе вздохнул, поднял переднюю лапу и прикрыл ею глаза.

– Стыдится! – сказал Боксугр. – Для чолльсинца позорно и глупо ходить на двух лапах. Это как нам на четырех.

– Ладно, верю, – нехотя спас бедного пса Маггут.

 – Надеюсь, ваш Фенриц умеет не только фэйспалмы делать, но и что-нибудь полезное.

– Он отменный сыщик, – сказал Федор и сунул кобелю под нос обрывок черной ткани, от которого пованивало гнилью и свалкой одновременно. Тот самый клочок одеяний Жнеца, что добыл Волосебугу в последней схватке перед добровольной смертью.

Пес вздрогнул всем телом и отступил на шаг. Уши его на мгновение прижались к черепу, а хвост свернулся концом вниз.

– Фенриц! – строго сказал гоблин. – Соберись.

Чолльсинец взял себя в лапы и вернулся к бывшему карману Жнецового плаща.

Это стоило ему немалых усилий над собой, но приказ командира гвардии нарушить было нельзя. Тем более в присутствии своего бога – этруска Стволова.

– Вот молодец, – похвалил тот Фенрица, когда пес показал, что освоил запах врага и готов идти по его следу. После чего Федор аккуратно завернул ткань в надушенный платок Фундис и спрятал в дальний карман плаща, чтобы не отвлекал ищейку от поисков.

* * *

Выступили в заранее продуманном порядке.

Впереди – Минджуку и Жрадк, тщедушными фигурами обязанные внушить любому злодею мысль о безнаказанном нападении. Чуть поотстав – Дмузг, очень достоверно изображающий босяка, который крадется за ними, выбрав их будущими жертвами для ночного грабежа.

На всех остальных, не участвующих в пантомиме-ловушке, Минджуку постарался наложить заклятие невидимости – так же как и на ловчую сеть, которую раскинули Маггут и Стволов поперек улочки.