Герой или разбойник. Книга 1.

Виц быстро спустил последнего прямо на руки Вица, а сам снова скрылся в окне.

Роберт Виц быстро понес бесчувственного человека в ближайшие кусты и уложил его на мягкой траве. Но как только он посмотрел в ужасное обезображенное лицо, из груди его вырвался громкий крик.

Не успел он еще вполне прийти в себя от страха, как вблизи показался Виц, таща за собою какого-то бесчувственного человека.

— Миллер, ради Бога скажи мне, кто это? — в ужасе воскликнул Виц, указывая на обезображенное лицо человека, скрытого им в кусты.

— Это Кунц, — глухим голосом ответил Виц.

— Но каким образом могло случиться такое ужасное преступление? — снова воскликнул Виц.

— Наверное я ничего не знаю, — ответил Миллер, - но, по-моему, вот как дело было. Эта дьявольская женщина заманила нашего атамана в свой замок и оглушила его каким-нибудь усыпительным порошком, желая совершить над ним это ужасное надругательство. Кунц застал уж атамана оглушенным. Быстро взял он его на руки и понес в соседнюю комнату, а сам лег на кушетку, ожидая прихода герцогини и желая кроваво отомстить ей за её хитрость.

Но порошок, рассыпанный, по всей вероятности, в комнате, подействовал также и на него, и таким образом он попал в руки этой дьявольской женщины. Я уверен, что все случилось так, как рассказал.

В эту минуту по телу Георга Карасека, без чувств лежавшего на траве, пробежала легкая дрожь. Вслед затем он открыл глаза и, медленно проведя руки по лбу, поднялся на ноги.

Но тут он увидел обезображенное лицо Кунца и с ужасом воскликнул.

— Дьявол! Что случилось? Кто это?

Виц и Миллер рассказали своему атаману обо всем происшедшем. Лицо Георга Карасека покрылось смертельной бледностью, губы его плотно сжались, а глаза засверкали недобрым блеском.

Вдруг он выхватил из-за пояса револьвер и громовым голосом воскликнул:

— Идемте в замок, товарищи! Мы должны отомстить за это ужасное преступление!

Георг Карасек хотел уже броситься вперед как вдруг из замка донесся какой-то шум.

Через минуту в одну из карет уселся великий герцог и быстро помчался вперед. Но не успел еще затихнуть стук колес, как у подъезда замка показался принц Михаил.

Лицо Георга Карасека, внимательно следившего за всем происходившим, смертельно побледнело.

— Га! — злобно пробормотал он.