Филолог. Магия слова

Девушка сжала мою руку и ненароком коснулась грудью, пусть и не такой большой, как у Танюши, но упругой и высокой.

– Прости за резкость, я не имею права утверждать, что ты творил колдовство этой ночью, – продолжала принцесса. – Но ты должен знать кое-что о древних синкретических богах: они противоречивы. Они обожают жестокость и секс. Если знаешь, как нам выбраться, то скажи.

– Я понятия не имею, что нужно этим богам. Но у нас был крутой препод по религиоведению, и я не пропустил ни одной пары. Он всегда твердил, что боги любят поклонение и жертвы.

– Так принесем им жертву! – воскликнула Ульрика. – Я все отдам, лишь бы спокойно добраться до города. У меня есть деньги и драгоценности. Есть невиданные камни, есть магические амулеты.

– Им все это не нужно. Лишь чувства имеют цену.

Принцесса, не дослушав, вскочила на лошадь и пустила ее во весь опор к алтарю. Я старался не отставать, пришпоривая Мелисандру.

– Вы можете оставаться на месте, – крикнул я отряду. – С нами поедут Лот и Татьяна.

Троглодиты послушно замерли на месте, а принцесса покосилась на меня.

Спешившись, мы подошли к алтарю и положили на него руки. Казалось, камни даже завибрировали в ожидании.

– Нужна жертва. Наша кровь – всех четверых, – мне не хотелось пускаться в долгие объяснения, сразу достал нож из седельной сумки, поранил ладонь и приложил в алтарю.

Что же это я делаю? Я филолог, который боится крови до обморока. Пришлось отвернуться и отойти, не хватало еще сознание потерять, как кисейная барышня.

Краем глаза я увидел, что все трое без возражений последовали моему примеру.

Я опять ощутил ледяной холод, переходящий в жар. Зажмурился. Открыл глаза...

У алтаря стояли древние боги – мужчина и женщина, двуединые, Инь и Ян, можно называть как угодно.

Через мгновение они исчезли. Нашу жертву приняли!

И это поняли все. Сейчас мы вольны были ехать куда угодно.

– Молодец, господин синкретист!

Я неловко похлопал ее по лопаткам одной рукой, из другой сочилась кровь... Кажется, принцесса сегодня решила меня окончательно засмущать.

Впрочем, через минуту девушка отпрянула, и ее личико стало озабоченным:

– Покажи руку, надо перевязать. Ох, неужели нельзя было аккуратней. Как же ты теперь будешь держать меч? Лот ведь не даст поблажек.