Графский сын. Том 3

Один — аромат моей невесты, второй — аромат моей личной горничной. Они словно слились в одну непередаваемую симфонию искушения.

Я повернул голову, чтобы разгадать эту загадку, и увидел два женских силуэта, лежащих по обе стороны от меня. Справа — моя невеста, олицетворение чувственной женственности, а слева — моя личная горничная, воплощение скрытой страсти. Они были со мной в этой огромной кровати, словно соблазнительные подарки.

— Ух! — я издал слабый стон, мои губы слегка приоткрылись, и я почувствовал их горячее дыхание на своей коже.

«Так помню, как они пришли из второй спальни пока я спал и мы неплохо провели время»

Моя реакция на них была неотразима, словно волна страсти начала нарастать, готовясь разметать все на своем пути.

Мои усилия принесли результат, и я попытался разбудить их.

— Эй, просыпайтесь! Уже утро!

На этот раз мой громкий голос действительно сработал.

— Уф, перестань кричать утром, Ренар. Дай мне хотя бы еще немного поспать, мы всю ночь работали над твоим жезлом власти, — сладко пробормотала моя невеста, ее голос звучал словно нежное прикосновение к самой глубокой части моей души.

Я обратил взор к Шарлотте, которая все еще спала, как соблазнительная спящая красавица.

— Просыпайся, Шарлотта. Ты ведь должна была проснуться раньше меня, помнишь? Ты же моя горничная.

Шарлотта немного резво реагировала на мои слова, но ее ответ был совершенно адекватным:

— Сегодня я не на дежурстве, мой господин. — Она, будучи не только моей личной горничной, но и директором разведки, повернулась ко мне лицом, словно разгадывая тайные желания моей души.

— Но сегодня утром нам предстоит посетить банкет. Мне не хотелось бы портить свою репутацию из-за опоздания, — с сожалением вздохнул я.

Наконец-то наступил момент, когда я смог разбудить своих спутниц — Жанну и Шарлотту. Наши лица были окутаны усталостью, и сонные глаза потребовали несколько минут, чтобы окончательно раскрыться.

Утро только-только начинало свой ход, но внутри меня уже ощущалась усталость, которая словно тяжёлый плащ накинулась на мои плечи.

Мы вышли из спальни, и мне пришла в голову идея нарядиться в серый клетчатый костюм-тройку, дополнив его черным галстуком. Чёрный цвет всегда считался неразрывной частью моего гардероба, и, казалось, он стал неотъемлемой частью моей собственной личности.