Наследие Древнего. Том 2

Мы быстро собрались и двинулись в обратный путь. Заскочили в Чёрный Замок, отчитались, что Ослепитель мёртв, и поспешили в Грингфог. И чем ближе мы подбирались к столице, тем чаще нам попадались испуганные люди с огромными баулами — все пытались вывезти то, что им дорого. Чуть больше чем через сутки мы стояли у крепостных ворот Грингфога и смотрели, как от Яблочной горы расширяется серебряный купол. Вокруг висела мёртвая тишина. Даже стражники не переговаривались, лишь изредка косились на нас как на дураков.

Было заметно, как им хочется свалить отсюда подальше.

— Отряд Ордена Чести так и не вернулся, — как бы невзначай бросил один из стражников.

— Да не один отряд не вернулся, — процедил другой. — Ни Орден, ни добровольцы. Все сгинули.

Снова воцарилась тишина.

— Я не хочу туда идти, — признался Мерри спустя пару секунд и быстро добавил: — Но пойду.

— Я тоже, — сказал Дзен.

— Никуда вы не пойдёте. Трактирщик в прошлой деревне отправил Брану письмо, так что он предупреждён о вашем появлении.

Мерри знает, где живёт самый знаменитый купец в мире, — я ухмыльнулся. — Бран вывезет вас в соседний городок, подождёте там от меня вестей. Если не вернусь, он отправит вас на противоположный край Коалиции.

И Мерри, и Дзен начали яростно со мной спорить. Я закатил глаза, скрутил их и крикнул стражникам:

— Я поймал воров, которые ограбили купца Брана Балицу! Он обещал щедрое вознаграждение тому, кто приведёт к нему воров.

— Да неужели? — удивился один из стражников. Все они прекрасно слышали мой разговор с ребятами.

— Ты нас за дураков держишь?

— За людей, которые хотят стать богатыми, — я улыбнулся и вложил в его ладонь десять красных монет.

Он вытаращился на меня, закивал и отчеканил:

— Воры будут доставлены!

Под возмущённые крики Мерри и Дзена я направился навстречу серебряному куполу. От него исходила невероятная опасность, а ветер приносил отчётливый запах железа. Кровь. Там, внутри, её было очень много, она текла рекой. Я ослабил ремни и освободил цепи, приготовившись драться.

Интуиция подсказывала мне, что бой будет очень тяжёлым. Появилось странное ощущение, что я приближаюсь к чему-то отвратительному и чужеродному, но одновременно — чему-то родственному. Это вызывало когнитивный диссонанс.

— Помоги! — это первое, что я услышал, когда зашёл под купол.

Передо мной возвышалась скульптура из человеческих тел. Они были изувечены, изранены, скручены, вывернуты на изнанку, но… Люди были всё ещё живы.