Граф Суворов, том 5

Так что… почему бы и в самом деле не отдохнуть по крайней мере пару часов?

— Уболтал, чертяка языкастый. — хмыкнул я, легонько коснувшись Шаха, и влив в него порядочный запас сил. Просто так, на всякий случай. Алмаз отозвался мягким свечением, но скоро перестал подавать внешние признаки подпитки.

— А чего ты крестик не носишь? — вдруг спросил Багратион, кивнув мне на грудь. У него самого, кроме кристалла резонанса, висел довольно большой и богато украшенный золотой крест.

— Как-то не сложилось. — чуть нахмурившись проговорил я.

— Ничего не имею против христианства, как ортодоксального, так и католического. В прочем, как и буддизма, иудаизма и ислама. Но верю, что в первую очередь бог не в символах и не в местах служителей веры, которые они строят.

— И где же тогда? — чуть усмехнувшись спросил Константин.

— В сердце, ну или в мозгу, смотря как тебе удобней. Говорят, индейцы северной америки вообще считали, что душа человека живет в глазах. — улыбнувшись ответил я. — Правда говорят – красота в глазах смотрящего.

Возможно, это из той же серии.

— Опасные вещи. — покачал головой Багратион. — Православие – один из столпов самодержавия. Так что очень рекомендую тебе хоть для вида носить крест. Пусть голышом тебя и увидят немногие, но могут засомневаться, а это уже опасно.

— Благодарю за совет. — искренне сказал я. — Хотя и не думаю, что мне это в данный момент так критично.

— Решай сам. — пожал плечами Багратион. — Главное не показывай на людях что плохо к ней относишься, и, тем более что предпочитаешь другую веру.

Тех потрясений что выпали на империю – достаточно. Не хватало нам только религиозных войн. Всё! Хватит о делах! Отмок, прогрелся? Пусть вода смоет усталость. А нам в этом помогут!

Багратион весело усмехнулся, хлопнул в ладоши, и в комнату начали входить девушки, в одних промокших простынях, на голое тело. Выглядели они очень соблазнительно, но где-то внутри меня шевельнулся червячок недовольства, который тут же пропал, стоило очередной нимфе выйти вперед.

— Ты прелесть как хороша.

— улыбнувшись проговорил я помывшейся и посвежевшей Ангелине, чьи длинные рыжие волосы спадали на плечи.

— Ха, я так и знал, что это будет верным решением. — усмехнулся, гладя на нас Багратион. — Но что же мы сидим в тишине? Музыку!

А в следующую секунду из соседнего зала, сквозь закрытую дверь потекла приятная мелодия. На столике возле бассейна появились фрукты, нарезанное мясо и вино, и вечер совершенно перестал быть томным.

Петроград. Летний дворец.