Наследие Древнего

— Гвендолин, — теперь старик обратил внимание на дородную женщину в синем платье, — проводи нашего гостя в таверну. Пусть его хорошенько покормят и заселят в комнату.

— Слушаюсь, старейшина, — Гвендолин сделала реверанс и жестом попросила следовать за собой.

— Спасибо, — поблагодарил я старика и поспешил за ней.

Деревня была… обычной. Я даже слегка разочаровался. Наверное, подсознательно ожидал чего-то волшебного. Хогвартс всем составом выехал копать картошку. Нарния развивает сельское хозяйство. Средиземье воюет за хороший урожай.

Но в реальности я словно выехал за город на шашлыки и сейчас выбираю, какой бы домик снять на пару дней. Жители деревни с любопытством на меня поглядывали, но от дел не отвлекались. Всё было таким… обыденным.

— Простите меня, — извинилась Гвендолин и вытерла пот со лба полотенцем. — Мой муж вечно притаскивает домой какое-то отребье. Собутыльников ищет — видите ли, ему скучно пить в одиночку! В прошлый Мгладынь все урожай собирают, а он с Хозяином Леса пьёт! Вот я вас и приняла…

— За Хозяина Леса? — усмехнулся я.

— Ой, что вы, — фыркнула она. — Вы — красавец, мужчина в расцвете сил. А тот — косматый, с руками-ветками, корой оброс… А туда же! Рот весь мхом залепило, а всё равно нашёл, куда самогон заливать!

Два поворота — и мы вышли к двухэтажному зданию. Над главным входом висела вывеска с надписью “Золотой подсолнух, рады всем и каждому”, чуть ниже болталась деревяшка с вырезанным предложением “Закрыто, не рады никому”, а на двери мелом было написано “Открыто только для постоянных клиентов” и чуть ниже — “Не старайтесь, вы не постоянный клиент”.

Только Гвендолин потянулась, чтобы открыть дверь, как та беззвучно распахнулась. Из ярко освещённого холла лилась приятная медленная музыка. За барной стойкой сидел мужчина в белоснежной рубашке и чёрном галстуке, печально подперев голову рукой.

— Какой Феникс ощипанный вас принёс? — грустно поинтересовался он и тяжко-тяжко вздохнул.

— И тебе здравствуй, Агис, — хмыкнула Гвендолин. — Риардон велел заселить и накормить гостя.

— А сам себе, значит, он каши не сварит? Рук нет? — проворчал Агис и не сдвинулся с места.

— Братец! Пегасу тебя под хвост! Как ты разговариваешь с гостями?! — по лестнице со второго этажа сбежал точно такой же мужчина. Те же синие глаза и тонкие губы, тот же вздёрнутый нос и волевой подбородок. Брат-близнец.