Война рас

Аристарх не сдержался и заплакал, а следом, пытаясь хоть как-то обуздать свои эмоции перед сыном, пустил слезу и Олизар, не сумев удержать душевную боль. Он крепко обнял Аристарха, на голову которого тихо падали слезы отца. И только Говза не обронил ни слезинки, издавая лишь печаль и скорбь на лице.

Понемногу неуверенно стали приходить люди. Вскоре площадь наполнилась людским плачем, проникшим в сердце каждого из присутствующих, оставляя в нем незаживляемую рану и не утихающую на всю жизнь боль. Теперь праздник Пасхеть для жителей Урая никогда уже не будет таким, как прежде.

Новость о нападении необычного волка разнеслась по всей Рассении. Народ воспринял с болью трагедию, предзнаменующую большую беду. А спустя время, как и со зловещим быком, в империи стали воспринимать как случайность. Поговаривали, что очередное чудовище просто заплутало из Чернолесья. Свидетели этого страшного события, конечно, так не думали. Жители Урая по-прежнему верили в нападение огромного зверя как предшественника ужасных событий.

***

Сразу после случившегося Говза обратился к Олизару:

– Ступайте скорее домой, укройтесь там до прихода Марибора, а я останусь здесь, помогу остальным.

– Я понял тебя, – сказал Олизар.

Охотник, взяв за руку сына, собрался идти, как вдруг Аристарх остановил его, уставившись на Говзу.

– Ты что-то хотел спросить, Аристарх? – произнес пастух.

– Вы с Манушем часто бываете на нашей улице… – пытаясь взять себя в руки, произнес Аристарх.

– И в чем тут странность? – перебил Говза.

– А в том, что когда Мануш присматривает за стадом, вижу тебя на Охотничьей, и наоборот. Вы часто прохаживаетесь туда-обратно по ней, подолгу останавливаетесь возле дома, высматривая по сторонам, будто чего-то опасались. Мама как-то сказала мне, что вы появились в поселке вместе с Марибором, в мой день рождения, а ловко отрубленная с толстой шеи голова чудовища убедила меня окончательно…

– В чем убедила? – опешил Говза.

– Вы не обычные пастухи. Вас позвали охранять меня. Ведь правда? – грустно, с надеждой спросил Аристарх.

Говза провел рукою по голове ребенка и оставил на его плече, уставив свой взор в глаза ребенка.

– Ты прав, Аристарх. Мы призваны защищать тебя.

– Кем? Марибором? – продолжал допытываться Аристарх.

– А вот про это узнаешь позже, потерпи. Пусть пока останется тайной, ради твоей безопасности.