Золотой архипелаг

Александр Борисович поймал себя на том, что даже в те годы, когда оба они были, с высоты нынешнего возраста, сопляками, Константин Дмитриевич представлялся ему безусловно старшим, почти старцем. По опыту, уму, авторитету… Но никогда прежде, даже видя Костю на больничной койке, он не замечал в нем так отчетливо этой уязвимости. Подверженности возрасту, подверженности смерти. Все мы лишь гости на этой земле – сегодня встретились, а завтра можем и не увидеться снова. Захотелось сказать Косте что-то теплое, подыскать самые хорошие слова благодарности тому, кто все эти трудные служебные годы шел рядом с Сашей Турецким, советовал, подсказывал, выручал, находил выход из безвыходных, казалось бы, положений…

Но, как обычно, ситуация была неподходящей для прочувствованных слов.

А подходящей она была для того, чтобы говорить о службе. Как всегда, о службе.

– Зачем вызывали, Константин Дмитриевич?

– Задание у меня для тебя, Саша, будет непростое. Займешься земельной сферой Московского региона.

Слышал, наверное, как в одной хорошей песне поется: «Я уезжаю в деревню, чтобы стать ближе к земле…»

– Ага, понял. Значит, покупаю телегу, лопату, грабли – что там еще? – коромысло и отправляюсь выполнять задание.

– Ну, коромысло тебе вряд ли пригодится, – поддерживая шутку, улыбнулся Константин Дмитриевич, – а вот лопата для раскапывания темных подробностей понадобится обязательно. А уж грабель, на которые можно наступить, в этой области хватает. Если серьезно, Александр Борисович, тебе поручается сформировать группу для проверки нарушений и преступлений, как я уже сказал, в земельной сфере Московского региона.

А затем с помощью этой группы обобщить практику, вынести предложения по упорядочению ситуации в земельной сфере на Коллегию Генпрокуратуры. Не исключено, что Госдума должна внести в Уголовный кодекс особую статью об уголовном наказании за преступления, совершенные в земельной сфере страны…

Пройдясь по своему кабинету, Меркулов вернулся к Турецкому и, наклонясь к нему, вполголоса сообщил:

– Проверка производится по личному указанию первого лица страны.

– Что, неужели до такой степени?

– До такой, Саша, именно до такой. Президент обеспокоен разорением крестьян – это во-первых, а во-вторых, возникновением нового олигархического клана российских латифундистов. Такого в нашей стране никогда не было.

– Понятно, – уже без намека на шутливый тон отозвался Александр Борисович.