Система культивации кота

Получив свиток от неторопливого старика, на которого совсем не действовали грозные взгляды, Мераб начал внимательно вчитываться в первое досье.

— Ха, это не может быть он, сколько по твоему лет может прожить человек из внешней секты? Сто? Сто двадцать лет? Так вот, Тэольф Чудэриум давно умер, при всем моем уважение к его заслугам, — поудобней развалившись в своем каменном кресле, настолько же старом, как и всё строение, самодовольно сказал главный старейшина.

— Может вы уже пойдете и прочтете сообщение? — сухо произнес Магнус.

— …

Мераб понятие не имел, как можно на это ответить не потеряв лицо. А поэтому, посидев ещё немного, гордо встал, подозвал жестом внука и, с чувством собственной незаменимости, вышел из зала заседаний.

— Павлин, — никого не стесняясь и не боясь, высказался Магнус, на что заместитель главного старейшины никак не отреагировал. Ибо не видел смысла устраивать сцены в отсутствие того, ради кого эти сцены и устраиваются.

Примерно через час, когда многие старейшины уже заподозрили неладное, Мераб вернулся с бледным и явно обеспокоенным лицом.

Глава 11

Глава 11.

Уединившись за закрытыми дверями, а точнее спрятавшись в уютной коробке, Тэольф полностью отстранился от внешнего мира. Ему в край надоела вся эта суета, где он постоянно ходил по краю, попутно решая чужие проблемы, хотя своих у него было нисколько не меньше.

А в это время внешняя секты Фиолетовых Облаков ходила ходуном. После экстренного сообщения главному старейшине, он, уняв дрожь в коленках, рассказал обо всем остальным. При чем не остальным старейшинам внутреннего круга, а вообще всем кто присутствовал на ежегодном собрании.

Разумеется - это являлось ошибкой.

Почти все старейшины внешнего круга тут же начали просить, а иногда и умолять, перевести их личных учеников, часто внуков или детей, глубже в секту.

Вот только данная идея самопожертвования никому почему-то не понравилась и, старейшин из среднего круга секты, начали просто игнорировать. А те кто посмелее и вовсе попытались тихонько покинуть зал собраний, но им перекрыли дорогу старшие “братья”.