Граф Суворов, том 11

— Значит именно в этом и дело. — не стал развивать тему Филарет. — Помни, все сказанное-строжайшая тайна. Она касается дел церковных, и наших с тобой, и никого больше. В тот раз я не смог поймать убийцу, и ничего с ним не мог сделать. Если у тебя выйдет – передай мне его живьем.

— Учитывая его силу и специфические навыки, ничего не могу обещать. — ответил я. — Но постараюсь.

— Большего в этой ситуации я и просить не могу. — улыбнулся патриарх. — И, напоследок. Если тебе удастся схватить его живьем, и передать для суда, можешь рассчитывать на свой орден.

Но – тайный.

— О котором будут знать все, как и о любом тайном ордене. — поняв мысль Филарета кивнул я. — До скорой встречи, ваше святейшество.

Вскоре после ухода патриарха я докинул Багратиону новых деталей, не удаваясь в подробности, и этого хватило чтобы он вышел на связь, но уже ближе к вечеру.

— Не поверите, ваше высочество, но ключевым стало слово «японец». — довольно усмехнувшись сказал Константин. — Похожая способность нашлась у седьмого в списке самых опасных одаренных Японии.

Правда по документам он должен быть глубоким стариком. Один из публичных деятелей, министр наказания, Ямоширо Син. По прозвищу Бог смерти.

— Возможно это его прямой потомок, или ученик. — задумчиво проговорил я. — Есть там список ближайших родственников?

— Увы, Япония в принципе достаточно закрытая страна, а уж личная жизнь их публичных деятелей – тайна за семью печатями. — с сожалением ответил Багратион. — Этот старичок прославился около сорока лет назад, тем, что лично подавлял восстание в Синабаре, понятия не имею что это такое.

А затем проводил казни для императора. Есть важная пометка – что перед казнью от руки Ямоширо со всех обвиняемых снимали резонансные кристаллы. Говорилось что это было сделано в знак того, что они потеряли честь, но, возможно, есть и другая причина.

— Понял, спасибо, это ценная информация. — кивнул я. — Если не успеваешь отдыхать – делай медитативные упражнения по крайней мере два раза в день.

— Не получается. — с сожалением выдохнул Константин.

— Стыдно признаваться, но я на них засыпаю.

— Да, тогда и в самом деле ничего не остается кроме как выспаться. — усмехнулся я. — Но я все понимаю, в текущей обстановке это нереально.

— Увы. — ответил Багратион. — Спокойной ночи, ваше высочество. До завтра.

— Увидимся, друг мой. — кивнул я, и отключил связь. Постепенно вырисовывался портрет возможного противника. Молодой, с мощной уникальной техникой и специфическими условиями её применения.