Самозванец

Руби наморщила нос, собралась и рванула вперёд, перемахнув через очередное ограждение. Было видно, что сдаваться она не привыкла. Возможно, это нас и спасло, потому что по итогу она хоть и пришла последней, но в норматив уложилась.

Следующее испытание поразило всех. Сначала даже испугался, что нас хотят убить умилением, но потом быстро понял, в чём дело.

Перед нами в одном большом вольере бегало несколько крепких полугодовалых щенков, во втором, вальяжно разлёгшись, под солнышком балдели кошки. Наша задача состояла в том, чтобы за полчаса научить подопечного (кошку или собаку на выбор) какой-либо команде.

Руби сразу бросилась тискать щенков, которые тут же её облепили и стали облизывать. Было несложно догадаться, что испытание относится к Печати Разума и призвано выявить гипнотические способности или дар подавления воли. Что-то подсказывало, что по-настоящему раскрыть способности можно только при выборе кошки, потому что собаки легко обучаемы и склонны подчиняться. Но рисковать завалить испытание никто не хотел.

Руби за двадцать минут научила двух щенков команде «сидеть», молчаливый здоровяк заставил одного «дать лапу», Шен научил самого визгливого команде «голос» (хотя, возможно, щенок просто его облаял). Я же схитрил, смастерив из носового платка и пары каких-то ненужных бланков подобие мячика. Щенок с радостью приносил мне его, даже если я не произносил команду «неси».

– Ловко, – произнёс Шен, одобрительно вкинув бровь и кивая.

– Просто я настолько хорош, что мне даже произносить ничего не приходится.

Руби, услышав это, рассмеялась, и я подмигнул ей. Было в этой девчонке что-то располагающее и милое. И честно говоря, я уже даже забыл, что на ней, как и на мне висел чёрный браслет, а значит, она преступница, до сих пор не рассказавшая, в чём её обвиняли.

– А где Агата? – спросил Шен, ища взглядом вторую девчонку из нашей команды. И когда нашёл, возмутился: – Что она вообще себе думает? Мы же из-за неё проиграем!

Черноволосая Агата стояла в соседнем вольере и как ни в чём не бывало горделиво поглаживала кошек.

– Нам конец, – шёпотом произнёс я.

Она даже не пыталась что-либо приказывать своей подопечной. И когда к ним подошёл тренер, мы вчетвером замерли, во все глаза уставившись сквозь сетчатый забор.

– Показывайте, – произнёс тренер.

Она посмотрела на него исподлобья и наконец прекратила гладить кошек, выпрямилась.