Заложник

«М-да, а здоровьишко-то у тебя, старина, явно оставляет желать лучшего. Перебор, Игоряша, перебор… Да оно и понятно: треволнения, партнеры, которые держат тебя в таких „дружеских“ объятиях, что впору дух испустить, а тут еще этот процесс, с легкой руки газетной братвы названный „Делом олигархов“. Когда ж о себе-то думать?..»

Получилось таким образом, что, предъявляя обвинения Новоселову, «нагревшему» родимое государство, которое его, засранца, вспоило и выкормило, на баснословные бабки, Александр Борисович, сам того не желая, объективно поспособствовал тому, чтобы теперь именно Игоряша занял опустевшую нишу.

Вот ведь как получается иной раз в жизни! А во время длительного судебного процесса они – знакомые с детства, но ничуть не больше – так ведь и не встретились. Да и вообще, до сей поры, если память не изменяет, всего и были-то одна или две встречи, случайные и ни к чему не обязывающие. А как процесс завершился, гляди-ка, чуть ли не друзьями оказались! Действительно, блин…

Турецкий понимал подоплеку интереса к себе.

– А позволь поинтересоваться, зачем ты приехал? Ну, я – понятно, здесь моя работа. А тебе это все на фиг нужно?

– Да, в общем, если честно, на тебя хотел посмотреть.

– А если нечестно? – Турецкий продолжал улыбаться, и, видит Бог, никто не смог бы его заподозрить в какой-нибудь бяке, приготовленной неожиданному собеседнику.

– Да то же самое! Я весь этот процесс в записи слушал. Дома у себя.

– Разве транслировали по телевидению?

– А ты, старик, по-прежнему остряк! – словно бы обрадовался Игоряша.

 – И всегда, сколько помню, таким был! Насмешник! Молодец, что не растерял лучших юношеских качеств. Это в наших кругах нынче большая редкость… – И он даже засопел огорченно.

– Что именно? Затянувшееся детство?

– Хорошо с тобой, Сашка! – воскликнул Игоряша. – Ой, извини, старик! Я так… фривольно с господином генералом от юстиции… Не обижаешься? Исключительно по старой памяти…

– Да чего там, – отмахнулся Турецкий.

– А я все к тому, что сегодня прежде всего именно твоя победа, господин «важняк». Так ведь тебя кличут? И друзья и враги? Вот, собственно, поэтому и подъехал… А результат, он был предсказуемым. Еще только началось, а я все понял. Отлично сработано, Саша! Без балды! Я б тебе, вообще, памятник при жизни…

– Но ведь я уже сказал, что ни чуточки не сомневаюсь в твоих теплых чувствах к моей незначительной персоне, – насмешливо перебил его Турецкий.