У каждого свое зло

Так что дождись сначала Димона, а уж потом…

И когда наконец Димон, в одиночку, отправился на дело (дом на Трифоновской, подъезд 2, код 579, один замок – фомкой, другой – простой отмычкой, но желательно не царапать сувальды, если кто не спит или появится не вовремя – вырубить, но ни в коем случае не гасить, взять только две книги – шкаф красного дерева, третья полка сверху, середина, две одинаковые книги в коже – «История птиц Британии», не забудешь? Больше ничего не брать, как бы ни чесались руки, расчет как договаривались, по выполнении), – когда он, наконец отправился на дело и осталось только ждать того самого момента, с которого они могли начинать считать себя богатыми и счастливыми, она сказала, закидывая ногу на ногу, так, что далеко, до самого тазобедренного сустава обнажилась ее розовая ляжка:

– Вот теперь наливай, Игорек.

И он, не отводя жадных глаз от дразнящей наготы ее бедра, засмеялся тоже, правда, как-то скованно, зажато – никак не мог отвлечься мыслями от того, что сейчас происходит там, на Трифоновской.

– Ага, – наконец выдавил он сохнущим горлом. – Димона дождемся – и оттянемся по полной программе.

Тогда, посмотрев на него все с тем же презрением, она налила себе и выпила, даже не подумав закусывать. Тоже нервничала, но по-своему…

Но волновались они, похоже, напрасно: спустя примерно полтора часа Димон, высоченный губастый парень в джинсовой куртке и белых, как у Бориса Моисеева, слаксах, вошел в квартиру Решетникова – с самодовольной улыбкой во весь рот и свертком под мышкой.

– Ну как? – встретил его в дверях Игорь Альфредович.

– Как не хрен делать! – гордо оказал Димон и торжественно было протянул ему сверток, но тут же передумал. – Или как, Альфредыч, может, сперва деньги?

– Ишь ты, деньги! Ты там не наследил за собой, нет? Ладно, пошли. Расскажешь, как все было, посмотрим, что ты принес, а там и решим…

– Как говорили две книжки, так и принес, чего решать-то? – покрутил головой Димон – ну, мол, ты и чудишь, босс… И, глядя, как хозяин на ходу распаковывает книги, забормотал, идя за ним следом: – Только это… Альфредыч… там про птиц про этих, про британских – один том всего оказался, в шкафу-то в этом… Ты говорил два – а там токо один, ну я и…

– Ты чего принес?! – взревел Игорь Альфредыч, вытащив наконец принесенное на свет белый.