Смертник из рода Валевских. Книга 1.

Красноречиво посмотрев на огромные пальцы, что всё ещё держали меня за плечи, я продолжил:

— Отдельный указ императора гласит, что причинять вред смертнику имеют право лишь аристократы. Отрадно, что среди телохранителей принцессы служат высокородные. Или я ошибаюсь и меня сейчас держат два будущих смертника? Насколько я помню, наказание получают не только исполнители, но и те, кто их подстрекал.

— Руки, — послышался быстрый приказ принцессы. Лапы исчезли.

— Вы пришли сюда веселиться, ваше высочество? Продолжайте, не смею вам мешать.

— Ты куда собрался, смертник? — злость исказила лицо принцессы, как только я поднялся из-за стола. Охранники прикасаться ко мне не стали. — Тебя никто не отпускал!

— Так меня никто и не приглашал, чтобы отпускать. Или ваше величество желает воспользоваться указом вашего деда и соизволит собственноручно меня наказать? Пожалуйста, это в вашей власти. Идеальный способ показать смертнику его место без дальнейших разбирательств с церковью.

— Думаешь, на тебя не найдётся управы, тварь? — злость переполняла принцессу. — Граф Хамальский, вы же хотите заслужить моё расположение? Подумайте, как можно наказать эту падаль! Вы двое, забыла, как вас зовут, помогите графу! Эта чернь должна уяснить раз и навсегда, что такое гнев Миральды Лертан!

Принцесса всё же обладала зачатками разума — она не стала открыто приказывать меня увечить. Всё, что дальше произойдёт, будет решением графа Хамальского и двух его подельников.

— С превеликой радостью, ваше высочество. После нашего разговора смертник будет мечтать о моменте, когда его отдадут тёмным, — послышался ответ, и в мою сторону двинулись несколько человек. Толпа расступилась, двигая столы, — всем хотелось увидеть предстоящее зрелище. Ещё бы — безнаказанное членовредительство! Когда ещё такое представление может быть?

Я стоял до последнего, ожидая атаки. Прочитанные законы плотно засели у меня в голове — нельзя атаковать первым.

— Доигрался, смертник! — злорадно произнёс тот, имени которого принцесса даже не вспомнила. — Сейчас ты узнаешь, что…

Закончить фразу четверокурсник не смог. Как только его рука меня коснулась, я пошёл в атаку. Оружия не было, но кто сказал, что вилка не оружие? Привыкшие к полной безнаказанности парни утратили главное — инстинкт самосохранения.