Дары Крови

Продолжаем седьмой позицией.

Креод послушно и довольно точно повторял за мной движения.

Всё бы ничего, если бы в это время и у меня не было учителя.

— Господин, — нудил возле уха Ирал. — Движение должно начинаться плавно, словно вы движете руку под водой, а с середины выпада резко ускориться, так, чтобы воздух стонал, расступаясь перед лезвием.

Убедившись, что третий прогон умения у Креода выходит уже едва ли не безупречно, а воздух стонет от клинка даже сильней, чем у меня, я приказал:

— А теперь с жаром души.

Мы вскинули мечи в первую позицию, сплетая вязь умения и соединяя его с жаром души.

Три удара сердца и с моего клинка срываются десятки его образов, тугим потоком сдирая дёрн передо мной.

— Господин!

Креод замер, не доведя выпада до конца, охнул, перехватывая запястье с мечом другой рукой, когда жар души наказал его за прерывание умения, но не отвёл от меня глаз.

Я, с трудом отводя взгляд от перепаханной земли, медленно опустил меч и ухмыльнулся:

— Я доверяю тебе ещё одну свою тайну, мой верный Креод.

Он рухнул на колено:

— Господин! Благодарю!

— Поднимись, дистро. И докажи свою благодарность, повторив Ветер клинков.

Креод прищурился, катнул желваки по скулам и вскочил, решительно рявкнув:

— Да, господин.

Семь. Семь попыток ему понадобилось, чтобы доказать свою благодарность и изрубить в щепки дерево, что попало под его Ветер клинков. И теперь я даже не знаю, кто из нас талантливей. Я, наследник Денудо, двуединый идар, к шестнадцати годам кое-как сумевший исполнить Ветер клинков или Креод, которому на то же самое понадобилось несколько глотков моей крови и семь попыток.

Глава 15

— Господин, на левой руке указательный палец убираем, используем ей семнадцатую печать.

Я невольно скосил глаза на Ирала, что спиной вперёд мчался левей моего грауха.

Это уже не слишком? Одно дело немного менять печать техники, пытаясь нащупать изменение под мой новый состав ихора, другое — полностью сменить одну из этих печатей.

— Господин, семнадцатую.

С другой стороны, со вчерашнего дня я перебрал под сотню изменений и ничего не добился, так что, может, Ирал и прав — возможно, изменение ихора так велико, что нужно сменить печать полностью.

Я сжал пальцы в кулак, стиснул крепко-крепко, пытаясь подавить дрожь, отчитал про себя до пяти и принялся складывать печати. Раз, два, три, левую в семнадцатую.

Жар души наполнил руки, печать и… сорвался, обжигая болью, настолько острой, что я не сдержал шипения сквозь зубы.