Глюконавты

Вымыв свои испачканные сажей физиономии, друзья снова стали походить на нормальных людей, точнее Вадик стал походить. Муха же, при свете полных лун, выглядел ещё зловещей, чем в образе чернолицего мавра.

- Ты что, опять тайно от меня анашу курил? – раздраженно спросил его Вадик, безуспешно пытаясь вернуть прежний цвет своему посеревшему в недрах дракона камзолу.

- Ага, - ответил Муха. – Курил, как же... Пока в чихе дракона летели, забил целых два косяка.

- Ладно, не умничай, - Вадик положил правую руку на меч.

Первое, что сказал Дуральдон, извлечённый из ножен, было настолько нецензурным, что владелец чуть не выронил меч в траву.

- Дебилы, - басом ревел меч, – вы куда это меня принесли, я вас спрашиваю? Вы куда это, два ушлёпка, забрели на мою голову?

- Что такое? – не понял Муха. – А за дебилов ты мне сейчас, тесак кухонный, ответишь.

- Кто? – переспросил меч и даже, кажется, на несколько секунд потускнел. – Как ты меня назвал?

Муха усмехнулся и хотел было уже повторить, но Вадик пригрозил ему кулаком и меч немного успокоился.

- Так знайте, несчастные, - обречённо продолжил Дуральдон, – что вы находитесь сейчас во владениях могущественного волшебника по кличке Дядька Черномор злейшего врага короля Вольдемара.

- Уже наслышаны! – скривился Вадик.

- А что они там с этим старым куколдом не поделили? – поинтересовался Муха. – Из-за чего весь сыр-бор?

- Из-за женщины! – важно заявил меч.

- Даже так? – друзья явно заинтересовались.

- Лита Форд! – торжественно заявил Дуральдон.

Муха аж присвистнул.

- А у этого дементного дурака губа не дура?

- Не дура понятное дело, - подтвердил меч. – Хотя было это очень давно, в доисторические времена, когда оба непримиримых мачо были молодыми.

- Она и сейчас весьма горячая бабка! – заявил Вадик. – Шикарная милфа. Сколько ей там лет? Кажется, шестьдесят пять… но по-прежнему выглядит просто шикарно. Да и выступать продолжает на сцене вполне себе успешно.

В этот самый момент кусты за их спинами зашевелились, и из них на друзей полезло что-то живое и громко сопящее.

- Это Черномор, - закричал Вадик и со страху сиганул в речку.

Муха хотел последовать его героическому примеру, но передумал, узнав в выбравшемся из кустов бородатом существе, их старого знакомого гнома.

- Бонч-Бруевич, неужели это ты? – радостно закричал Муха, обнимая широкоплечего низкорослого приятеля.