Поговорим?

Мне понадобилось всё моё самообладание, чтобы вернуть себе хорошее настроение. Я улыбнулся.

— Мику? Ну ты чего? Нормально же общались! Я такой, какой я есть! Над моим характером трудились Аллах, Будда, Иисус с Христосом одновременно. Только благодаря совместной работе четырёх богов, получился такой вот великолепный я! Неужели ты хочешь, чтобы я отверг их дар и стал обычным заурядным человечком?

Я опустил плечи и сделал грустную мордашку, показывая, как чувствуют себя заурядные человечки. В глубине, я был напряжён до предела, хоть я этого и не показывал.

От ответа Мику зависели наши дальнейшие отношения.

— Нет, конечно, я не хочу!

Холодный душ из расслабленности и упоение пролился мне на голову. Моё искусственное весёлое настроение превратилось в настоящее.

— …Просто там внизу, вы спорили и никто не обратил внимание на Шурика. А если бы он был не в себе и бросался бы на людей с арматурой? Я не прошу, чтобы ты менялся, просто не мог бы ты иногда отвлекаться от своих монологов или диалогов?

— Ладно, ладно, я постараюсь, — узнав, что Мику не хочет, чтобы я менялся, я бы мог вообще всё что угодно пообещать.

— Ну вот и отлично! — Мику улыбнулась. — Нет, правда-правда, это превосходно!.. Ладно, уже поздно. Завтра увидимся, хорошо!

— Шель да ра ва! — воскликнул я.

— Это ты что сказал? На каком языке?

— Без понятия. Только что придумал, — сделав таинственный вид и накинув воображаемый капюшон себе на голову, я направился прочь от музыкального клуба.

Глава 7. Свинарник

— Подошёл седьмой день моего великолепного пребывания в лагере, — продолжал я говорить в камеру. — Седьмой день. Заметьте, я не употребляю слово «последний», хотя седьмой день должен обозначать конец смены. То, что этот день — последний, я узнал на утренней линейке, на следующий день после спасения Шурика. Тогда же я узнал, что пока мы горбатились, искали очкозавра-полудурка, остальные кайфовали — эти ребята отправились в поход.

Свой, как я тогда думал, последний день в лагере, я решил провести с прибабахом, на полную катушку. Я не знал, что будет, когда пройдёт время моего здесь пребывания. Я же не из этого времени, верно? Остальные, конечно, могли быть профессиональными актёрами, но моя внешность сама по себе поменяться не могла никак. Вы-то должны меня понимать? Нет, лагерь был крутым, мне он понравился, не без минусов, конечно, тусовка в изоляторе и отсутствие похода мне не понравилось.