Тень Сохатого

Не могли бы мы отложить наш разговор до лучших времен? Боюсь, что я еще слишком слаб для обстоятельной беседы.

Райский посмотрел на Гафурова.

– Вы задали несколько вопросов и получили несколько ответов, – учтиво сказал он. – Учитывая состояние здоровья моего клиента, я думаю, что для первого допроса этого вполне достаточно.

Гафуров медленно покачал головой.

– Я так не думаю, – возразил он. – Но, учитывая состояние здоровья вашего клиента, готов отложить продолжение допроса до лучших времен.

 – Он встал со стула, одарил Ласточкина еще одним пристальным взглядом и с усмешкой сказал: – Поправляйтесь, Антон Павлович. Вы нам очень нужны.

Ласточкин побледнел. Гафуров, удовлетворившись этим, повернулся и направился к выходу. Покидая палату, он громко хлопнул стеклянной дверью, заставив Ласточкина вздрогнуть.

– Каков подлец, – простонал Антон Павлович, как только дверь за следователем закрылась. – Ему бы только в гестапо работать.

– Да уж, – уклончиво отозвался адвокат.

 – Сложный человек. Впрочем, в Генпрокуратуре простых не держат. – Райский посмотрел на бледного Ласточкина, покачал головой и добавил: – Вы плохо выглядите, Антон Павлович. Я позову врача.

3. Изюм из булочек

Арест бизнесмена Ласточкина насторожил Александра Борисовича Турецкого. Его не покидало ощущение, что вся эта история, лихо закрученная прокуратурой и активно раздуваемая прессой, шита белыми нитками. Этим он и поделился с женой за ужином.

Ужинали они в маленьком китайском ресторанчике, который открылся неподалеку от их дома и куда жена Ирина любила захаживать – иногда просто для того, чтобы выпить чашку зеленого чаю.

– Ты посмотри, какой здесь колоритный зал! – восхищенно говорила она мужу, оглядывая многочисленные ширмочки и огромные веера, развешанные по стенам. – Такое чувство, как будто мы за тысячу километров от дома. А дом-то – вон он, совсем рядом!

В ответ Александр Борисович скептически пожимал плечами. Он не разделял восторгов жены.

Он предпочитал ужинать дома. Борщ, пельмени, жареная курочка, котлеты и макароны с подливкой – простая домашняя кухня нравилась «важняку» гораздо больше здешней экзотики.

– Ни за что на свете не стану есть еду, которая называется «сычуанской», – сердито отзывался он. – Меня от одного названия мутит.

– Между прочим, твои любимые пельмени были изобретены в Китае, – информировала Ирина своего строптивого мужа. – И они есть в меню.