Тайна заснеженного замка

Глубоко в подземелье спят зачарованным сном король и двенадцать его рыцарей, и лишь девушкам королевской крови под силу пробудить их от заколдованного сна. Для этого нужно протанцевать двенадцать ночей у входа в пещеру, где спят они. И тогда волшебная дверь откроется, и рыцари и король явятся во всем своем великолепии и возьмут счастливиц в жены. Я решила вычислить, где вход в таинственную пещеру. Я нашла способ достать чертежи замка, землеустроительные бумаги. Я узнала о замке всё. Я вычитала про фундамент древнего храма, на котором построен замок и который охраняют чудесные рыцари.

Ночами я заучивала, как расположена сеть подземных ходов, а в часы прогулок бродила по подземелью – верно, драгоценная Тронколен и милочка Дагобер были уверены, что я просто тайком хожу перекусывать?

– А откуда вы проникали в подземелье? – спросил Грюндель как можно более взволнованным голосом – впрочем, слишком наигрывать ему и не приходилось.

– Вы так и не догадались? – рассмеялась Куртийон. – Второй вход находится во втором дортуаре.

Как вы думаете, где же находится третий?

– В третьем дортуаре, – послушно пробормотал Грюндель. Сзади охнула Тронколен.

– О да, мне не надо было даже никуда отлучаться! С тех пор моей задачей, – с упоением продолжала Куртийон, – было вести себя так, чтобы держаться как можно дальше от событий. Потому-то, конечно, в моем отделении все девицы вели себя примерно и спали по ночам. А вы разбалтывали мне все свои планы, полагая, что в моей голове не оседает ни слова.

Она не удержалась и разразилась басовитым смехом.

Грюндель уловил краем глаза какое-то движение. Дагобер и директор подвигались ближе к ораторше.

– Подождите, постойте, – заторопился он, – это вы устроили пожар?

– А что мне оставалось делать, коли вы решились на ночное бдение? – Куртийон обратила на него взгляд, полный невинного укора. – Кроме того, я знала, что огонь не спустится вниз, к воспитанницам. Ну, самое худшее – сгорел бы ваш архив. Или вы волнуетесь за госпожу баронессу? Её спасли бы слуги.

Да вокруг неё все время кто-то суетился!

– Вы, без сомнения, весьма гуманная женщина, – архивариус вздохнул. – Я искренне восхищён. А как вы добились того, что барышни не просыпались во время ваших отлучек?

Куртийон снова торжествующе рассмеялась.

– А, постойте-ка! Так вот почему вы взялись учить рисованию с натуры… – медленно проговорил Грюндель. – Гербарии?

Куртийон удивленно воззрилась на него.

– Вы неглупы, в отличие от прочих, – неохотно признала она.