Тайна заснеженного замка

– Думаю, нам надо вернуться в старший класс, – вмешался Грюндель. – Ведь они исчезали оттуда.

– В этот раз они могли уйти куда угодно, – пожала плечами Дагобер. – За ними вообще никто не следил.

– Но в прошлые недели они исчезали явно из спальни, – с несвойственным ему упрямством возразил Грюндель. – Пока это наша единственная зацепка!

Все устремились в пустующий дортуар, причем Тронколен по дороге заглянула на всякий случай в свой. Редкая удача: все оставленные в нем оставались именно там и, скучая, расселись (а некоторые, к ужасу Тронколен, и разлеглись) на кроватях.

Она покачала головой, но деморализованные бурными событиями этой ночи девицы лишь отвечали невинными взглядами. Тронколен с треском захлопнула дверь. Грюндель догадался, что поутру воспитанницам предстоит непростой разговор.

Свою дверь Дагобер приоткрыла с надеждой, словно ожидая, что все пропавшие девицы будут спать в собственных кроватях. Но увы, этого не произошло. Спальня была пуста. Грюндель поднял повыше свечу, затем стал обходить комнату вдоль стен, временами нагибаясь и что-то рассматривая.

Он подцепил двумя пальцами и вытащил войлок из вентиляционного отверстия, отчего сквозняк в спальне усилился, и заглянул туда. В отверстии было темно.

Наконец, Грюндель достиг той стены, где, по его словам, не хватало известки в стыках меж камнями.

– Вот, – сказал он, ткнув туда пальцем, – извольте посмотреть.

– Просто старая кладка, – сказал директор. – Известка выкрошилась от времени.

– Ну если присмотреться, то по форме – и правда дверь, – ответила Дагобер. – Правда, низенькая и квадратная. Но, думаю, здесь было что-то вроде встроенного стенного шкафа.

– Я разочарую вас, – вмешалась Тронколен. – С той стороны, в моей спальне, ровно такая же, как вы это назвали, дверь. Это попросту дыра в стене, которую заложили камнями.

Грюндель выглядел страшно разочарованным. Директор оперся рукой о стену и вдруг склонился к стократно помянутой дыре и посмотрел одним глазом в стык между каменными плитами.

– Тронколен, – сказал он, – насколько я помню, вы оставляли в спальне ночник?

– Да, как было приказано.

– Почему же в это отверстие не видно света?

Грюндель тоже приложил глаз к щели в стене. Было темно, из щели тянуло холодом.

– Там полость, – сказал он. – Но проникнуть туда невозможно.

– Всё возможно, – скрипнул уже хорошо знакомый голосок. – Смотрите сюда.

Все оглянулись, причем Тронколен сильно выпучила глаза.