Прокурор по вызову

Судя по тем документам, с которыми я работала, годовой оборот фирмы сравним с месячной зарплатой всех сотрудников, и при этом еще постоянно идут большие отчисления в общественные фонды, на благотворительность…

– А чем торгуете?

– Нефтью преимущественно.

– Круто.

– Может быть, – пожала плечами Лидочка, – только я этой нефти в глаза не видела, и, по-моему, никто не видел, но это, наверное, не важно. Может, все-таки кофе выпьете?

– Выпью, только про Шестова расскажи, и сразу пойдем пить кофе.

– Шестов погиб.

Десять дней назад. И вот после его смерти-то все и началось.

– Стоп. – Турецкий загасил сигарету и достал записную книжку. С этого места очень подробно. Как погиб, что началось? С датами и фамилиями.

– Леонид Макарович… это Шестов, был главным юрисконсультом, начальником юридического отдела, соответственно моим шефом. Двадцать шестого марта, в пятницу, он позвонил на работу, сказал, что болен и не придет. А вечером перезвонил снова и попросил меня привезти ему на дачу некоторые документы…

– Какие?

– Договоры на поставку все той же нефти.

Он сказал, что поработает с бумагами в субботу. Естественно, я их привезла. Мы попили чаю, поболтали и расстались около десяти вечера. Дача у Шестова в Веледниково по Рижскому шоссе. Добралась я оттуда домой уже после полуночи, а в субботу позвонила Тая – это секретарша Фурманова, а Фурманов Глеб Евгеньевич – наш гендиректор, и сказала, что на даче у Шестова был пожар и он погиб…

– Так! – прервал Турецкий. – Документы были как-то связаны с той экспортной лицензией? И кому Фурманов давал взятку? Кому-нибудь… кому-нибудь в Минтопэнерго? – осторожно подсказал он.

Лидочка скептически покачала головой:

– Не знаю, не обязательно…

– Хорошо, хорошо, – махнул рукой Турецкий, – я в курсе.

– В курсе чего?

– Того, что кушать хотят не только в Минтопе, а еще и в таможенном комитете и прочих славных организациях. Скажи лучше, когда случился пожар?

– В том-то и дело, что до полуночи.

– И документы сгорели?

– Вы быстро соображаете, – невесело усмехнулась Лидочка.

– Тебя кто-нибудь допрашивал по этому поводу?

– Если вы имеете в виду милицию, то нет. Дело прекратили производством, видимо, сразу же, списав как несчастный случай. Но кое-кто оказался дотошнее милиции…

– Братишко?

– Да, этот домогается каких-то подробностей нашей последней встречи с шефом и, похоже, подозревает меня в краже этих злополучных документов. Но, главное, не он один.