Эльфийская дева и гном по вызову

Кир взял впавшую в какую-то тихую прострацию девушку за руку и потянул в сторону служебного помещения. У него остались ключи, которые он забыл выложить из кармана, и сейчас это оказалось как нельзя кстати. Замок был хорошо смазан, так что ключ провернулся без щелчка. Кир аккуратно подтолкнул девушку и зашел следом, заперев дверь.

– Ты думаешь, нас не будут тут искать? – от тихого шепота на ухо по спине проползли мурашки. Гном облизнул враз пересохшие губы и прошептал в маленькое вытянутое ушко, украшенное множеством сережек:

– Мы сейчас исчезнем.

– У тебя есть портал?

– Лучше, – Кир на ощупь открыл окно, и в комнатку хлынул свет от магического светильника, освещающего задний двор клуба. – У меня есть это чудесное окно.

Окно располагалось на уровне пояса и было не сказать чтобы большим. Обычное техническое окно, обязательное для техпомещений.

Сантхник подтолкнул эльфийку под попу, помогая перелезть.

Они беспрепятственно миновали задний двор и выглянули на широкий проспект.

– Сюда, – потянул Кир в соседний двор, – все в порядке, только задержи дыхание.

– Святая Энтеросгель, – пробормотала эльфийка совсем тихо, – где я так нагрешила?!!

Это оказался задний двор того же самого клуба, где стояли мусорные баки и располагалась канализационная яма. Запах стоял соответствующий. Дева дышала ртом, часто-часто, как собачка, но послушно шла за гномом.

– Сейчас, – потянул ее в другую сторону Кир, – потерпи маленько, сейчас станет легче.

Они перелезли через невысокую ограду в чей-то чужой двор. Здесь тоже была яма, но запах был сильно меньше, так что Эрна украдкой перевела дух. Несмотря на модные туфли на высоком каблуке, она двигалась легко и непринужденно, играючи справляясь с заборами. Кир не мог перестать любоваться ею.

Они миновали еще один забор, на сей раз высокий, но сложенный из камня, причем сложенный весьма грубо, отчего забраться на него оказалось довольно простым делом.

– Прыгай, я тебя поймаю! – весело прошептал гном.

Эльфийка хихикнула и в самом деле прыгнула. Кир поймал, покачнулся, но на ногах устоял.

Она пахла клубникой и мятой, словно летний луг, прогретый солнцем. В эти волосы хотелось упасть лицом и бесконечно вдыхать, чтобы хоть на мгновение очутиться в детстве. В горах, где родился и рос Кир, никакой клубники, разумеется, не росло, но их возили на экскурсию, и именно там он наелся этой клубники.