Посох в руках, свирель за пазухой 1 Посох

В памяти всплыли жалкие обрывки: толпы беснующихся демонов, разгоряченные, томно извивающиеся тела суккубов. И смутно знакомое лицо мелкого бесенка, который крутился возле него, подливая в бокал пылающие коктейли.

А потом большая игра в карты. Бесенок проиграл вчистую и в конце поставил на кон свою жизнь против выполненного желания. Ему повезло — он выиграл. Он мог требовать, что угодно: силу, власть, богатство в конце концов. Но попросил только одного: дать ему палладина, чтобы найти забытого бога. Странное желание, для мелкого беса.

Подозрение когтем царапнуло похмельный мозг. В очертаниях бесенка проступили знакомые черты. «Так, вот оно что!» — Арлазгурн невольно сжал кулак, его провели как последнего простака с рынка.

Но как бы-то ни было, слово придется выполнять, потому что темные боги не разбрасываются обещаниями.

Вдруг в тишине раздался хлопок, и на пол бухнулась девица. Ее взгляд прошелся по древесным колоннам а затем удивленно застыл, встретившись со взглядом темного бога.

Арлазгурн вновь вспомнил лицо беса и мстительно улыбнулся.

***

Существо, сидящее на троне, имело красную кожу, отлично развитую мускулатуру с буграми мышц, а его голову украшали два черных, гладко отполированных рога. Из одежды на нем был только килт, тень которого стыдливо скрывала все то, что находилось ниже пояса. Ноги заканчивались идеально вычищенными холеными копытами в тон рогам.

В общем, это был демон в классическом исполнении, но в юбочке вкрасно-черную клетку, такую милую, словно одолжил он ее у японской школьницы.

На его фоне, стоящий рядом бес казался досадным недоразумением. Щуплый, мелкий, с выпученными глазками. Из его раскрытого лягушачьего ротика вываливался подрагивающий язык, так что было непонятно, он удивляется или облизывается.

«Я умерла и попала в ад», — промелькнула мысль в голове.

Рогатый культурист что-то прорычал, обращаясь ко мне. От низкого рыка по спине побежали мелкие мурашки. Я замерла, притворяясь глухой.

Не получив ответа, красномордый демон поманил меня пальцем с длинным маникюром в тон все тех же рогов. Незримая сила оторвала мою тушку от пола и поволокла в направлении трона. Края кроссовок скользили по малахитовому покрытию с мерзким скрипом, от которого бесенка передернуло и он, скривившись, втянул голову в плечи.

Память услужливо подбросила вереницу бабушек, которых я не перевела через дорогу, испуганное лицо Таньки и удивленную морду жабы в ее портфеле.