Страшный зверь

 – Сделай-ка еще кофе! – И, возвращаясь вслед за нею в кабинет, куда она пошла за пустыми чашками и подносом, продолжил: – Я ее очень хорошо понимаю. И Ирку – тоже. Не дай бог женам переживать подобное.

Он вспомнил о своей коме, в которой провалялся долгое время после взрыва во время теракта в детском доме, в котором сильно пострадал сам и потерял друга – бывшего теперь уже директора «Глории» Дениса Грязнова.

– Я тоже понимаю тебя, – мимоходом бросила Аля. – А эта женщина?.. Она тебе… близка? – спросила уже от двери, не оборачиваясь.

Турецкий рассмеялся.

– Алька, ты просто ненормальная! Слушай, а ведь нас с тобой однажды засекут, и позорища мы тогда не оберемся! Поди доказывай, что это был чисто служебный поцелуй!.. Ты хоть иногда думай, пожалуйста, о чем-нибудь другом, а? Между нами, девочками, у меня тоже иногда так свербит, что сил нет никаких, но я же терплю, не выдаю своих… устремлений к тебе, скажем так. Следи за собой, милая, а то у тебя прямо на лице все прочитать можно!

– Тебе легко говорить, – огрызнулась Аля.

И вот тут он расхохотался просто по-наглому! Как она удержалась?!

– Алька, тебе действительно надо врачу показаться! Пусть поглядит, что у тебя там, внутри, творится… Ну нельзя же быть такой бессовестно ревнивой! Я разве даю тебе хоть малый повод?

– Пока – нет! – гордо ответила она. – Но – смотри у меня! – и вышла, вызывающе покачивая бедрами, такая зараза!

– М-да… – озабоченно уже произнес Александр Борисович, с восхищением глядя на нее.

«А Валька стала просто чудо, как хороша! Даже беда ее не портит. Вот что счастливый брак с женщиной делает…»

И еще он вспомнил свой естественный вопрос и ее ответ.

«А что, эта твоя сестрица так же хороша, как ты, и по этой причине на нее могут упасть подозрения?»

Даже в горе женщина ею же и остается, она благодарно улыбнулась ему сквозь слезы:

«Куда уж мне до Катьки!.

Она это таким тоном сказала, что у Турецкого исподволь возникло желание немедленно познакомиться с тем провинциальным чудом.