Экзамен для эмпата

Вдруг он её судьба, а Милис не готова? Время приближалось к одиннадцати вечера, от кудрей остались лишь понурые завитки, а новенького всё не было. Милис он не понравился заранее.

Дверь в гостиную скрипнула и открылась.

– Встречайте, – Ким откинулся на спинку стула, вольготно забросив ногу на ногу.

“Представление началось”, – не без злорадства подумал он.

Ким, конечно, знал, кто именно к ним заселяется, но своих ребят касаемо личности новенького просвещать не спешил. Не портить же такой спектакль.

В дверях появилась стопка книг.

– А где он сам? – Милис изящно подняла тонкую бровь, намекая, что человека за вещами не видно. Сарказма в голосе водницы было больше, чем соли в море.

Цепкий взгляд девушки отметил рыжую макушку над книгами. На вкус Милис, шевелюра у новенького была слишком уж пламенная. Командир вон тоже огневик, но скорее русый с медным отливом.“Какой-то он хилый”, – Милис рассмотрела руки парня, торчащие из-под книг ноги и сделала соответствующие выводы: слишком худой, не такой высокий, как ей нравилось, да и ширины в плечах не хватало.

Новенький споткнулся о порожек. Книги бухнулись об пол вместе с хозяином. Из-под “Введения в магические искусства” вынырнула лохматая голова и смущённо заполыхала.

Ким расплылся в омерзительной ухмылке.

Внезапно воцарилась тишина – это Милис оценила масштаб бедствия и перестала размешивать сахар. Ей стало понятно, почему Ким весь день над ней потешался.

– М-да, – изрекла Арса ничего не выражающим тоном, но по тому, как заблестели её глаза, Ким понял, что и девчонку-воина удалось удивить.

Милис поднялась на ноги и вышла из-за стола.

– Ну ты и гад, – она презрительно глянула на командира прежде чем уйти в комнату девушек. – Мог бы и предупредить!

Довольный Ким расхохотался. Акт первый был отыгран.

Новенький поднялся на ноги и только сейчас заметил, что его сумка откатилась в сторону, а завязки на ней лопнули. На пол вывалился плащ и ещё один ботинок. Скомканная ткань поспешила развернуться во всей красе, явив зрителям следы пыли, пепла и сухие веточки. Красный цвет плаща смутно угадывался.

Новенький растерялся, очевидно выбирая, что ему спасать в первую очередь. Бросил хмурый взгляд на командира – тот осклабился ещё шире, но помощи не предложил.