Экзамен для эмпата

На его долю ещё и выпало ненавязчиво выяснять у лекарей, как много преподавателям известно о случившемся (и почему за подельниками до сих пор не пришли). Оказалось, что мастер Иней побоялся повредить и без того травмированное сознание Керта, убедившись только в его собственной причастности к той авантюре. За ремонтом школы и всей этой шумихой с тварями про него быстро забыли. Но группа тринадцать боялась ещё до лета, пока Ким вновь не почувствовал в себе азарта на новое предприятие, ещё и Милис в эту контрабанду влезла.

Арса медленно выдохнула. Это не её дело. Она себе обещала не лезть, куда не просят, правда?Она закрылась в их с Милис комнате и не вышла оттуда до вечера – глаза бы её их всех не видели!

Группа тринадцать почти в полном составе коротала вечер в общежитии. Хорик косился на дверь их с оборотнем комнаты. За весь день лис так и не показался, а время приближалось к девяти. Может, сегодня повезёт и он снова переночует где-нибудь не в общежитии?

– Думаешь, он и сегодня тут ночевать не будет? – вторила его мыслям Милис.

За окном захлопали крылья, Хорик от одного звука выронил карандаш.

– Всего лишь ворона, – успокоила его Арса. А то бывало, что и какой-нибудь магик-совёныш мимо пролетал. Сова размером с овчарку на твоём подоконнике – зрелище, к которому привыкаешь не сразу.

Но с некоторых пор Хорик небезосновательно опасался даже ворон .

– Я в-видел Л-ласа с д-девушкой. У н-неё была в-ворона. Не з-знаю как, но она ей п-приказывала.

Милис снисходительно улыбнулась.

– Так не бывает. Ты нанюхался кимовых благовоний.

Из комнаты командира и правда шёл пряный аромат, но здесь в гостиной возле открытого окна это не было так заметно.

Арса отложила свои записи.

– Истинные менталы могут влезать в сознание животных и использовать их, – припомнила она рассказы с лекций.

– В шк-коле есть один т-такой студент, – будучи лекарем, Хорик собирал сплетни не хуже Милис. По крайней мере, он был в курсе всех школьных происшествий, связанных с травмами. И он очень хорошо помнил разговоры среди преподавателей, когда осенью в лекарское крыло попал кто-то из студентов в тяжёлом состоянии с прорывом. Ситуация усложнялась тем, что студент был истинным менталом. Эмпатом, кажется.