Непростая работа - горшки обжигать 4

--- Родные пенаты ---

Во дворике перед казармой для младшего офицерского звена сегодня людно — проводится внеочередное (читай, случайное) собрание выборных представителей всех отрядов и просто слушателей, что пришли поддержать своих товарищей. Так много народу пришло, что пришлось проводить мероприятие на улице, ибо яблоку негде упасть от прорвы участников. Стороннему наблюдателю, который имел удачу появиться недалеко от них в этот момент, открывался вид на горячо обсуждающих некий вопрос спикеров, не так давно писавших «письмо турецкому султану»:

- И как мы это объясним товарищу Кондратию? — проскрипел челюстью и резко ткнул своей худющей и немного истлевшей рукой в центр стола, за которым сидели лидеры мнений, один из них.

На что его группа поддержки зашумела.

- Как-как? — передразнил его размерами с бочку бородач и растопырил пятерню перед лицом оппонента. — На пальцах! — смех от его родичей сотряс весь двор.

- Я не думаю, что он настолько глуп, — едко подметила статная дама с острыми ушками и кожей цвета оникса, спровоцировав тихие комментарии о «недалёкости коротышек» среди её однополчан, — дабы разъяснять ему на пальцах сложившуюся ситуацию.

- Он мужик мировой, — гулко, будто из-под ведра, произнёс электронный голос, выразив общую для его клики идею. — Поймёт.

- Надеюсь, — выразил сомнение в их предприятии безусый летёха, который представлял здесь надзор за ситуацией. — Командиры-то, — мотнул он головой в сторону администрации, — как могли открестились от затеи.

- Не все, — грузно вкатился в пространство для дебатов ком из плоти с капитанскими погонами.

- Но объяснения-то на нас скинули, — нашёл себе новую цель для споров бородач. Остальные же лишь мысленно пожелали удачи первому. Хоть по размерам он и был раза в три больше, нежели его оппонент, но в оном удали (или дури) имелось на десятерых.

- Прорвёмся, братцы! — выкрикнули им из толпы.

- Хочется верить... — со слабой надеждой промолвил лейтенант.

--- Вертаемся назад ---

Родная часть встретила меня хорошими вестями, но не в той полноте, на которую надеялся.

Бойцы ближе к финалу зачистки, когда оставалось не более миллиона из популяции мушек, дружно начали чесать репу «как бы подсобить комиссару-оснабу по хозяйству» и не нашли ничего лучше, чем заарканить и одомашнить бывшего противника. Инициаторами данной идеи оказались домовитые подгорцы. Кто бы сомневался.

Скомканные размышления солдат были несколько сумбурны.