Мои МОНОЛОГИ

Настоящие! У меня всё настоящее, будут таковыми и права! А те квитки, что у меня сейчас, я одновременно с тачками покупаю, дают в придачу. Сервис!

Понесся он, словно метеор, лавируя среди машин, злясь:

- И что это столько идиотов едут по встречной полосе?!

Я подсказал ему, что это он едёт по встречной полосе, а не они. Он был столь ошеломлён от такого открытия, что сбавил скорость. И вовремя: впереди был затор - асфальтовый каток дорогу укатывал. Объезжая его, Амбал врезался передком своего шикарного «феррари» в его зад, смяв свой передок…

Облегчив себе душу матом многоэтажной конструкции, он достал мобильник, набрал нужный номер и кому-то позвонил…

Уже через несколько минут принёсся гаишник.

Подошёл к водителю катка и задушевно так спросил:

- Ну, говори, как скорость превышал, как «феррари» подрезал?..

Внимание амбала было отвлечено, я прошёл дальше по дороге. Проголосовал и уселся в «Оку», на которой ехал пенсионер Кузнецов. И когда он попросил рассказать о случившемся, то я принялся хохотать, как никогда в жизни.

До этого момента вся моя поездка с амбалом мне смешной не казалась. А когда я ушёл от него подобру-поздорову, она мне показалось совершенно иной.

Насмеявшись вдоволь, я рассказал все события пенсионеру: он остановился у обочину и залился гомерическим смехом, хватаясь за живот...

Неожиданно он стал предельно серьёзным, странным образом уставился на меня. Я – на него. Пенсионер изменившимся голосом произнёс:

- Вы ходите пешком, я – на стареньком драндулете; я едва дотягиваю от одной пенсии до другой, и у вас с финансами не густо.

Одеты мы с вами вовсе не как парижане, если не иметь ввиду тамошних бездомных. Так кто же над кем должен смеяться?..

Кто прав?

Я пишу драмы и сочиняю юморески. Свои творения я показал известному самарскому драматургу. Читая юморески, он хохотал так, что поминутно ронял очки.

- Брызжущий остроумием юмор, каскад иронии, вихрь тонких каламбуров, водоворот шуток! – восхитился он.

– Никогда ещё я так не смеялся. Позвольте пожать вам руку. Молодец!

После он взял мои пьесы, помрачнел и заявил:

- Ну, а это ниже всякой критики, выбросите в корзину. Быть драматургом вам не дано, вы – прирождённый юморист.

Окрылённый я понёс рукописи прославленному юмористу. Он деловито просмотрел рассказики, зевнул и сказал:

- Макулатура! Темы стары, как мир. Оригинальных мыслей меньше, чем витаминов в булыжнике.