Ванька-золотарь

Только руки к сундукам протянул — тут же сюда потащило, чтоб меня черти взяли…

— Ладно тебя, — сказал однорукий, — а Андрюху?!.. Мы его каждый раз закапываем, поминки, блины, водка, то да сё. А потом какая-нибудь сопля опять попрётся царевну спасать — и на тебе, Андрюха! Не то, чтоб мы не были рады тебя видеть, но…

— Да ничего, — хрипел мертвец Андрюха, — я бы и сам лучше спокойно лежал себе на погосте.

— Да потише вы, — зашикал тощий, — может, этот богатырь уже где-нибуль рядом!

— Дальше пусть топает, — распалился однорукий, — нечего ему тут ловить.

А то ишь — руки во сне отрубать!..

— А мешок?..

— И мешок пусть забирает!.. — однорукий вскочил на ноги и потряс в воздухе какой-то пыльной тряпкой:

— Слышишь?! — крикнул он на весь лес, — бери этот сраный бесконечный мешок и чеши дальше! У меня, между прочим, шлюха до утра оплачена!

— Ну вы что, — уговаривал их тощий, — это же богатырь, у него испытание!..

— Да плевать мы хотели! — сказал тот, что со шрамом, — эй, ты тут?! Забирай мешок!

— Да не согласится он, не по-богатырски это… — не унимался тощий.

— Договорились! — пискнул из укрытия Ванька.

Разбойники выпили с ним по паре рюмок, накормили зажаренной куропаткой. Ванька сперва смотрел на птицу с недоверием, но разбойники заверили его, что дичь они ловят каждый раз новую.

— Оживает только Андрюха, не боись.

Всучили бездонный мешок и быстро разбежались каждый в свою сторону.

— Успехов тебе в этом твоём… И, парень, помылся бы ты!..

5

Ванька с Торбой хорошенько выспались в тепле у костра и направились дальше.

На этот раз Ванька особенно тщательно следил, чтобы не выходить из коридора «тут меня не тошнит» — не хотелось потерять сытную жирную куропатку.

Долго ли, коротко ли, вышли они на болото. А на болоте на небольшом островке увидели её. Избушку. На курьих, что особенно характерно, ножках.

«Ну, ёлки-моталки… — подумал Ванька, — какое у меня приключение вторичное!..»

Но делать нечего, пришлось избушку поворачивать к лесу задом и тому подобное.

Зашел Ванька в избушку, а там стоит Баба Яга.

Да только странная какая-то. Ростом не больше полутора аршин (примерно метр на новые деньги). Нос с одной стороны крючком, а с другой — будто из глины вылепленный, не настоящий. Лицо совсем не морщинистое, а, скорее…

— Да ты же мужик переодетый! — понял Ванька.

— Как смеешь ты, мешок костей, Бабушку Ягушку обижать?! Сейчас я поймаю тебя и съем!

— ...Да точно мужик! — Ванька протянул руку и дёрнул за глиняный нос. Нос оторвался.