Пелять и простипома

Как только группа спасения Митрича во главе с Бабой-Ягой подошла к ухрюпинскому небоскребу из дверей на крыльцо вышел абрек и поклонившись произнес:

– Уважаемая, Вас и Ваших друзей ожидают.

– Это засада! – Тихо мявкнула Василиса.

А Баба-Яга хмыкнула и спросила:

– И кто это нас ожидает?Джигит закатил глаза под лоб, что то подсчитал на пльцах и ткнул одним пальцем вверх произнеся лишь два слова:

– Великий Каган!

Василиса в ответ хмыкнула:

– И кто же у нас теперь каган?

Вопрос повис в воздухе. В этот момент ангорки поднявшись на крыльцо и пошмыгнув мимо посланца заглянули в дверной проем.

Затем резко обернувшись покачали головами. Василий, что то тихо прошептал Бабе-Яге и та распрямившись сказала посланцу:

– Никуда мы не пойдем. Если вашему кагану надо, пусть сам сюда выходит. И пусть захватит с собой похищенного хомяка Митрича. Иначе пусть пеняет на себя!

Посланец молча поклонился, развернулся и вошел в здание. На площади воцарилась тишина, которую нарушила Василиса:

– И что дальше?

– А дальше нам так и так не пройти.

Так что пойдем "свиньей". – Ответила Баба-Яга и по её знаку свин встал перед группой.

Тут откуда то раздался гнусавый звук труб и на крыльцо хлынули абреки. Они выстроились с двух сторон в виде почетного караула, а ещё двое раскатали на крыльце белую ковровую дорожку. В дверях появился уже знакомый посланец и возвестил:

– Великий Каган!

Снова завыли трубы и из дверей вышел старый знакомый. Это был Ришелье. Стоящая у крыльца компания недоуменно выдохнула, а Василиса со смешком прыснула:

– Так это ж Кардинал! А Каган это повышение или разжалование?

Первым захихикал кот Василий, затем к нему с хохотом присоединилась вся компания.

Ришелье нервно дернул щекой и подняв руку щелкнул пальцами. Стоящие абреки дружно грянули:

– Каган Акбар!

Но все благолепие разрушил одинокий выкрик за спиной Ришелье:

– Да здравствует Кардинал!

В толпе абреков раздался шум свалки и несколько смачных ударов по мягкому. Затем толпа раступилась и под ноги Ришелье бросили связанного абрека с окровавленым лицом, дико выпученными глазами и кляпом забитым в рот.

Ришелье гордо поставив ногу на голову абрека и выпятив грудь заявил:

– Согласно воле своих подданных, я принял древний титул своего древнего народа и теперь являюсь Великим Каганом Ухрюпинского каганата.

После этого заявления толпа абреков снова завопила своё родное про каган акбар.

– Ухрюпинского каганата? А где тогда Кащей? – недоумённо спросила Баба-Яга.