Как это было на самом деле

Любое заклинание, произнесенное внутри пространства, ограниченного Шлемом, необратимо разрушает его — всплыли в голове слова наставника.

Впрочем, демон не собирался настолько легко расставаться с жизнью. Не успели этруски собрать ману для повторного удара, как он вскочил и с остервенением бросился на них. Маг оттолкнул юношу, но сам не успел убраться с пути монстра, и огромная огненная голова ещё раз ударила его в грудь. Зубы демона впились в куртку, прокусывая бронзу, толстая бычья кожа задымилась. Упавший колдун пытался бороться, но чудовище вгрызалось всё глубже.

Сосредоточившись на одном из противников, демон совсем упустил из виду второго. Вместо того, чтобы броситься на помощь другу, Порсена в течение пары долгих секунд перегонял ману между ладоней, сведенных перед собой, затем торопливо раскатал пылающий шар в тонкое копьё и, перехватив его обеими руками, ударил демона наискосок прямо в глаз.

Зверь завизжал, рванулся изо всех сил, но копьё пронзило голову насквозь. Судорога выгнула тело демона, он дёрнулся ещё пару раз и завалился набок.

Юноша бросился к колдуну и начал лихорадочно водить над ним руками. Я упал на землю и тоже пополз к ним, отталкиваясь здоровой рукой и извиваясь всем телом. Порсена нервно оглянулся, занёс надо мной руку, но затем с силой сжал её в кулак, отвернулся и продолжил вливать в мага свою силу.

— Не надо, это без толку, — вдруг раздался сдавленный голос колдуна в тот момент, когда я добрался до него и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на оставшемся запасе маны.

Глаза-угольки потускнели и закатились. Юркая струйка крови перелилась через губу и исчезла за воротником.

— Уходи, — прохрипел колдун.

— Но учитель, я... — растерялся Порсена.

— Отпусти его, — послышался шёпот.

Порсена закусил губу и медленно выпрямился.

На верёвке вспыхнули и погасли искры.

Я поднялся с земли; верёвка сползла с лодыжек сама.

— Ты свободен, — устало бросил Порсена, не поворачивая головы.

— Я пришёл, чтобы убить тебя, — проговорил я неспешно. — Я не могу ударить тебя в спину. Вставай, будем драться.

— Я не стану убивать человека, ради которого отдал жизнь мой учитель. — Порсена не глядел на меня, но в голосе чувствовалась поистине царское упрямство. — Кроме того, я не сражаюсь с увечными и теми, кто заведомо слабее меня.