Быть с русалкой

Так зачем шевелиться? В чем смысл? В борьбе?

Ведь и весь твой смысл - это лишь иллюзия, придуманная тобою же, чтобы не чувствовать, КАК ВСЕ БЕССМЫСЛЕННО!! Сам придумал смысл - сам в него поверил. Тупица, че.

И все, что ты можешь сделать, чтобы не умножать печаль - это прекратить распространение энтропии в этом мире, то есть попросту сдо...

- ...Пьер! - окрик вывел его в реальность. Ариэль трясла застывшего парня, чей черный взгляд казался бездонным космосом, погрузившийся самое в себя.

Ей было жутко и дико страшно, и все что она могла - это только держаться за вроде бы живого человека и пытаться вернуть его к свету.

- Пьееер!! - она даже пощечину отвесила, лишь бы взгляд парня стал осмысленным.

- Мне надо выпить, - хриплым чужим голосом заявил он и, как робот, невзирая на девушку, поднялся и протянул руку к картине на стене.

Ариэль, брякнувшись на пол, даже возмутиться не успела - в шоке смотрела, как тот открыл нарисованную дверцу (!), будто там прятался замаскированный сейф, достал из мрака что-то жутко убойное, сбил крышку ударом ладони и немедленно приложился к горлышку.

- Ты же не пьешь... - растерянно пролепетала Ариэль, глядя, как бутылка опорожняется большими глотками, а от капель, стекающих по шее вниз, дымится футболка на парне.

Непьющий Пьер закономерно рухнул, как подкошенный, а девушке потом пришлось несколько тяжелых волнительных часов попотеть, пытаясь привести парня в чувство.

Следующие несколько часов Пьер ей в этом помогал - пил ледяную воду из-под крана, потом пытался охладить голову под ним же, потом снова пил неразбавленную воду.

А когда и это не помогло, заявил:- Мне надо выпить... - и взгляд его говорил сам за себя.

- Ты же не пьешь... - Ариэль хотелось рыдать, как беспомощная девочка, но она боялась, что тогда все точно станет еще хуже.

- Мне хочется уничтожить... - Пьер не договорил, что именно. Вместо этого поднял ладонь, на кончиках пальцев которой зажег прозрачное черное пламя. Он с любопытством смотрел, как оно пожирает пространство, словно безмозглый идиот в радостном предвкушении «ща как рванет!».

- Пьер! - Ариэль отшатнулась, узнав в пламени черную магию. Ее мечи состояли из этой энергии, и даже в магическом мире это было жутко, а здесь - практически самоубийство.

От ее панического окрика, Пьер будто бы на секунду пришел в себя. Погасил пламя и поник.

- Жажда саморазрушения, - словно философ проговорил он, - заложена в человеке.