Убить Кащея!

- В общем, не полюбились мальчонке обычные игрушки! – торопливо продолжала я, приободрившись, – А любимой игрушкой было камни в песок перемалывать! Возьмёт, бывало, булыжник в ручку – ХРЯСЬ! – и из ручки песочек струится!

- Ага! – расплылась в улыбке левая голова, – Мы тоже в детстве в такое играли! Весело было! Пока папанька нам наковальню не подсунул! Мы её жмём-жмём, а она не рассыпается! Только в железный комок сплющивается! Обидно!..

Левая голова обиженно засопела, а правая со средней согласно кивнули.

- Посадили мальчонку в два годика на лошадку, – почему-то мой голос охрип, – Кхм! Посадили, говорю, мальчонку на лошадку, а он коленочки сдвинул, да и раздавил ту лошадку насмерть!

- У нас тоже такое было! – теперь мечтательно улыбалась правая голова, – Мы потом ту лошадь сожрали! Вкусно было, помните?

- Помним, – проворчала средняя голова, – Только у нас это было в три годика, а тут в два! Обошёл нас богатырёнок!

- Про дальнейшее и не буду! – нет, моя фантазия не кончилась, но стало боязно выдумывать другие подробности, вдруг Змей и это умеет? Я же от страха с ума сойду! – Не буду про то, как мальчик ножкой топнул, и гора разрушилась, теперь дождик на поля без помех доходит, про то, как лошадку он себе выбирал: на какую ладошку положит, у той ножки и подкашиваются! Так, еле-еле по силам нашёл! Заветная лошадь, из далёких краёв, цены невиданной!

- У нас тоже конь из конюшен бабы-Яги! – начала было левая голова, но средняя сердито цыкнула на неё и левая сконфуженно замолчала.

- Не буду, как он реки в обратную сторону поворачивал, да поля расчищая, вековые дубы с корнями выворачивал! – продолжала я, – Скажу только, что на днях побил он Лихо Одноглазое!

- И что? – недоумённо уставилась на меня средняя голова, – Я не раз Лихо побивал…

- Тут дело не в том, что побил, – вывернулась я, – А в том КАК побил! Щёлкнул раз пальцем в лоб, и всё! Лежит Лихо бездыханным!

Три головы опасливо переглянулись между собой.

- Чего-то мне расхотелось с богатырём биться, – мрачно заметила правая голова.

Левая усиленно закивала.

- А во сколько лет он папашу своего прибил? – хмуро уточнила средняя.

- Мы в четырнадцать! – гордо уточнила левая.

- Только-только четырнадцать стукнуло, и того!.. Пришибли!.. хвастливо уточнила правая голова.

- Пришибли и съели! Не потому что вкусный, а традиция такая! – опять взяла слово левая.