Ты попала, Жюли!

Она разрумянилась от быстрого шага и тяжело дышала. – У меня всё готово. Где объект?

- Объект? Да вон он, бедолага, - указала я на закоченевшего Флорина-снеговика. – Думаю, тебе не составит труда его нейтрализовать.

В этот самый момент раздался протяжный, сварливый гудок поезда, и платформа под ногами задрожала.

Адель пошла в «наступление». Она изящно растянулась на снегу прямо перед Флорином и притворилась, что повредила колено. Правильно, перед притворщиками только и притворяться. Иначе их на чистую воду не выведешь.

Из-за грохота колес и завывания ветра я не могла различить ни слова из их диалога с Флорином, однако Пуаро как-то ухитрился подслушать.

- Вы не ушиблись? – испугался Флорин и мигом вышел из оцепенения.

- Конечно, ушиблась! Будьте добры, подайте мне руку, - попросила Адель.

- С превеликим удовольствием, - расплылся в улыбке тот.

Похоже, он был очарован настолько, что забыл и о Фариде, и обо мне.

Едва Адель оказалась на ногах, как от нее тотчас поступило предложение:

- Не желаете ли прокатиться первым классом?

- С радостью! – воскликнул обалдевший Флорин, однако тут же скис: - Ох, никак не получится.

Вы уж извините. Дела.

- Ну, тогда хотя бы проводите меня. Платформа такая скользкая.

Я видела, как они зашли в вагон. Пуаро присеменил ко мне.

- Готов, голубчик, - уверенно сказал он.

Через пять минут из вагона выскочила Адель. Приподняв юбки, бежала, словно от пуль спасалась.

- Чрезвычайно прочные нитки, - с одышкой проговорила она. - Из таких не то что руковицы – канат сплести можно.

Не порвется. А кляп вышел просто изумительный! Наверное, мне следует начать торговлю кляпами.

Нас оглушил рев паровоза. Поезд с запертым в купе, связанным Флорином набирал ход. Интересно, как далеко он уедет, прежде чем Флорина обнаружат?

Глава 14. Призраки со странностями

Долго ли, коротко ли – дошли до Юлия вести, будто его приближенные позволяют себе вольности и над честными гражданами издеваются. Понятное дело, Флорин настучал. По словам очевидцев, сначала его видели на станции недалеко от города Рекопокровителя (то есть от пут его освободили лишь спустя сутки).

Потом он надиктовывал телеграмму в почтовом отделении и был потрепан и страшно зол.

- Теперь Фарид меня с удвоенным рвением преследовать будет, - вздохнула я, когда мы с Эсфирью и Арчи пили чай в трапезной зале.

- Не бойся, у тебя ведь есть защитник, - выпятил грудь Арчи. – Буду твоим телохранителем.

- Уж лучше пусть моим телохранителем будет Адель, - горько усмехнулась я.