Вакцинация Латонских островов

Благо в деревне было у него два хороших друга, которые, судя по записке на манговом листе, что Алеа получил сегодня, ждали его в кокосовой роще.

Кокосовая роща, росла не далеко от деревни, но туда надо было ещё добраться через весь этот сумасшедший мир. На пути Алеа попадались и стражи, останавливающие людей просто за отсутствие папоротника на лице, и гигантские манговые листья с призывом: «Уколись!» - и даже полностью опустевшие шалаши питания, где раньше было не протолкнуться. Алеа удивлялся, как сильно изменилась деревня за время его отсутствия и что главное, он никак не мог понять, что именно произошло здесь.

Пройдя вглубь рощи, Алеа увидел двух своих друзей Абайа и Матео. Они сидели на срубленных пальмовых брёвнах на том самом месте, где они собирались полтора года назад, ещё до болезни Алеа, после которой он и решил отправиться в Китай. Алеа сразу заметил, что Матео сидел со спущенным вниз папоротником, в то время как Абайа вообще обходился без него.

Алеа улыбнулся, сел рядом с ними и выбросил листок папоротника.

- Подними его, - спокойно сказал Матео.

- Да он часть природы, не то, что европейские штучки, - махнул рукой Алеа.

- Лучше подними, - проговорил Абайа. – Куда тебя без него пустят?

- Да, куда угодно! В списке главных правил жизни от верховного вождя же не сказано, что я обязан носить на лице это, - продолжал говорить Алеа, но уже без той нахальности.

Алеа знал, что если Абайа что-то говорит, значит это не просто так, поэтому, показав друзьям, что он делает им одолжение, всё же поднял листок.

- А почему мы решили собраться здесь, а не в какой-нибудь едальне? – спросил Алеа. – Тут же нельзя и забродившего виноградного сока выпить!

- Зато нас с тобой сюда точно пустят, а не прогонят, сказав, что мы угрожаем общественному здоровью, - сказал Абайа.

Алеа посмотрел на друзей взглядом полным непонимания.

- Что такое здесь творится? Сначала меня две недели держали на корабле, не давая сойти на берег! А главное, кормили привезёнными с островов товарами плохого качества, купленными за нашу же чешую! Теперь же я что ли не могу пойти выпить после двух недель заточения на корабле? Да, кто вообще имеет право лишить меня удовольствия от забродившего сока?! Мне, в конце концов, уже за тридцать урожаев, да и это противоречит правилам верховного вождя.

- Верховный вождь, - спокойно ответил Абайа.