Чародей из Дубравки

Уж больно неудобно на берестяной коре, да восковых табличках царапать. А потом Ванька пропал. Сильно-то не искали. Мало ли чего ему в голову могло прийти. А тут гляди – появился, да ещё на бричке царской.

Не успела бричка скрыться за воротами города, как со стороны леса, вновь всколыхнув полуденный зной, показалась повозка. Да не одна, а целых три. Зоркие бабули сразу забормотали про молоко и семечки и, чем ближе подъезжали повозки, тем громче становилось бормотание. Повозки были с надставленными бортами и товару в них было, как стог сена – того и гляди через край повалится.

И оттого караван ехал небыстро. И, как только первая повозка поравнялась с Молочным рядом, бабульки подняли такой шум, что Егору хотелось уши зажать, но он махал веткой с платком, как флагом. И тут караван остановился. На землю, кряхтя, спрыгнул пожилой мужичок, очень праздничного вида. Но даже яркая цветастая рубаха и до блеска начищенные сапоги меркли в сиянии лица торгового человека. Причёсанная в завитушках борода не могла скрыть улыбку.

Мужичок размял затёкшие ноги и, не слушая призывы старушек, поманил Егора пальцем. Видимо, это тот самый человек, который посылку бабуле должен передать.

- Что, парниша, – громким басом сказал мужичок. – Тебе что ли передачку надо отдать?

Он кивнул на платок на палке Егора, и тот заметил такой же, привязанный к борту телеги.

- Ага, – сказал мальчик. – Бабуля тут велела ждать.

- Эй, Митька! – крикнул мужичок сидевшему в соседней телеге пареньку. – Свёрток достань. Там, под лавкой лежит.

Да, поторопись.

Митька, чернявый парнишка полез под лавку, тихо возмущаясь себе под нос. Мужики с других обозов тоже попрыгали на землю и не спеша побрели к голосящим о своих товарах старушкам.

- А что, парниша, – обратился к Егору торговый человек. – Знаешь, кто я?

Вот вопрос. Да откуда ж Егор знает? Но, видно, поговорить человеку хочется. Столько дней в пути с одними и теми же людьми. Обо всём уж переговорили.

- Видно по вам, дядя, вы - человек богатый, – начал мальчик, и мужичок улыбнулся ещё шире, что, показалось, щёки затрещали.

- Эх, парниша. Да, что там эти три обоза. Это так, налегке еду, – торжественно пробасил торговец. – Колокол я, Иннокентий Григорьевич. Слыхал?

Откуда ж Егор слыхал? Торговыми делами мамка занимается. Может она и знает этого человека. А голос-то у него и правда, как колокол звонит. Такого на рынке далеко слыхать будет. Хотя, есть в Дубравке поговорка – денег, как у колокола. В смысле - много.