Чародей из Дубравки

На душе у Егорки потеплело. Теперь они ему, вроде как, должны. Это ж надо на Егорову бабулю так наговаривать! Не отвертятся теперь братья, отведут на Чёрную скалу. Никуда не денутся.

А Ванька Дурачок ведь и вправду пропадал. Дурачок - это промеж собой его люди называют. Он-то себя поумней других считает. Что-то придумывает постоянно, изобретает. Из-за его неугомонности, ну и странности люди его не понимают, оттого и приклеилась к Ваньке эта кличка. Степан Мудрый с изобретателем в том, что тот умнее других, конечно, не согласен.

А Ванька, хоть и молодой, но говорит, что ума у него, как у трёх стариков умудрённых жизнью. Ведра четыре, не меньше. Вот у него и идея такая - ум человеческий измерить. Причём не в поступках правильных, да умных, а в какой-нибудь другой таре, или, как он говорит, эквиваленте. Наверное, сам слово придумал.

Вот, например, прошлым летом Ванька на ярмарочной площади объявил, что нашёл-таки способ выявить самого умного. Взбаламутил бондаря местного, и тот сделал огромную бадью.

Поставили её на площади на видном месте, и водой наполнили до краёв.

- Люди добрые, – крикнул Ванька. – Я на пороге великого открытия. Ванна сия - есть мерило мудрости людской. Полезай, кто смелый. Сколько воды выплеснется – столько и ума в тебе. Потом вёдрами измерим.

Люди посмеялись. Один только Сидор плотник хохотнул, да и полез в бадью. Жара-то на дворе была. Окунулся и вылез. А Ванька вновь воды до краёв долил. Три с половиной ведра вышло.

- Вот, люди! – вновь закричал Ванька.

– А Сидор-то наш - мудрец. Аж три с половиной ведра. А! А так и не скажешь.

- А ну, погоди, – крикнул из толпы брат Сидора - Спиридон. Он всегда с братом тягается, то силой, то изделиями плотницкими. – Давай, меня замеряем.

Спиридон вытянул почти на четыре ведра. Он победно потряс кулаками и усмехнулся в сторону брата. И что тут началось. Народ повалил к бадье Ванькиной. Правильно говорят – дурной пример заразителен. Люди выстроились в очередь, ругались, толкались. Каждый хотел свой ум замерить, хотя, наверное, уже и забыли, что они его меряют, так и норовили побольше воды выплеснуть.

Кое-кто хитрил и камней за пазуху напихивал. Нечестно, конечно, но бабуля моя говорит, что хитрость - это тоже ум.

Ванька поначалу сам воду таскал, а потом, как людей прибавилось, сказал, чтобы сами управлялись. Шум стоял на площади. Люди спорили, ругались. А новые подходили и, не зная зачем очередь, тоже становились. Раз всем надо, то и им тоже пригодится.