Чародей из Дубравки

Рыжий, который силу головы тренировал, обернулся, а его брат остановить полёт лопаты не успел, и влепил брату по уху. Егорка бы такого удара точно не выдержал. Но рыжий только качнулся, потёр ушибленное место и засопел. Оба брата смотрели на Егора, и было в их взгляде что-то недоброе. Мальчик попытался уползти назад, но предатели кусты не пускали. Тогда он встал, натянул лапти и отряхнул траву с колен.

- Ты кто такой есть? – произнёс детина с лопатой, перекинув её из рук в руки.

Вот сейчас Егору захотелось бежать.

- Я тут случайно … мимо…, - забормотал Егор.

- Чего? – Второй рыжий зажмурился и смахнул с ресницы слезу. Видимо хорошо его брат приложил. Ухо оттопырилось и стало ярко красным.

Не найдя в их взглядах и голосах ничего доброго, и видя, что бежать некуда, Егорка решил применить свой талант, данный ему с рождения.

- Я волшебник местный. Егор чародей. Не слыхали? – как он не старался держаться мужественно, голос его выдавал визгливые нотки.

- Какой такой чародей? – Братья подступили ближе. – Не слыхали о таком.

Егор прокашлялся.

- Я внук бабули Ягодки! – мальчик ненадолго замолчал, ожидая страха в глазах молодцов. – И первейший наследник её умения колдовского.

Голос Егора крепчал. Он знал, что если хочешь кого-то убедить, то должен сам поверить в то, о чём говоришь. Братья изумлённо приподняли брови.

- Это та самая, что у дуба старого живёт? – с нажимом произнёс рыжий, поигрывая лопатой.

- Ну, да, – уверенность Егора таяла, и он растерянно глядел на лопату.

- Это та зловредная бабка, что Иванушку дурачка городского в козлёнка обратила?

Егор чуть было не кивнул. Вот оно что! Это те самые братья, которые козлёнка Иванушку свести у бабули со двора хотели. Бабуля жаловалась, что ещё слухи по округе про неё всякие распускали. И страх у мальчика ушёл. За себя-то он боялся, а бабулю обижать никому не позволит.

Егор смело шагнул вперёд, так, что братья опешили.

- Ветры буйные, травы стройные, - громко забормотал мальчик первое, что приходило на ум и, скрючив пальцы, замахал руками. – Солнце чёрное, уши синие…

А, испугались, дылды невоспитанные. Сразу было видно. Тот, которого лопатой огрели, как про уши услыхал, аж побледнел. Видно, за больное зацепил его.