Дебютант и призрак

Варвары при его демарше отвесили челюсти, а потом самый большой захлопнул, наконец, хлебальник с отчетливым в полной тишине лязгом.

Так и выдвинулись. Впереди башни варваров, сзади пять амазонок звездой с человеком посередине. Андрей, особо не скрываясь, поливал Мигуэнци маной, положив ладонь на пенал с артефактом. Мигуэнци поминутно сканировал окрестности. Нежить, по утреннему времени, пряталась по домам и подвалам. Не упуская, впрочем, возможности напасть на подвернувшегося человека.

Но от взора разъяренного призрака им было не спастись. Уже к обеду, уставшая до крайности и заляпанная всяческими неаппетитными жидкостями бригада накрошила пару сотен зомби и аж восемь некромантов. Они все, конечно, были только учениками главного злодея, но и то хлеб. Каждый из них мог поднять, купаясь в эманациях смерти, не менее десятка зомби в час.

Всех выживших людей собирали в толпы и отправляли в более-менее безопасные районы. Среди выживших было очень мало жителей города старше сорока.

В основном молодежь. И получалось, что город потерял чуть не половину населения. А оставшихся еще надо было спасти.

Дубов обратил внимание, что его отряду нравилась такая работа. Они были настоящими варварами и постоянно рвались пробить кому-нибудь голову. Но вот видеть смерть тысяч мирных жителей им совсем не нравилось, и в них кипело желание рвать чертовых некромантов. Хотя и о добыче никто не забывал. Постоянно срезались значимые части зомбаков, а кое где и вынималось что-то из тел.

Зрелище, способное довести до инфаркта даже матерого патологоанатома.

Уже при возвращении к форту, отряд проходил мимо достопамятной башни, и в домике сторожа упокоили очередного мертвяка, который в отсутствии людей развлекался погромом обстановки. Сторож, как ни странно, выжил, и его крайне нетрезвые вопли раздавались с самой верхотуры башни. Причем, по контексту было непонятно, то ли сторож боится реальных мертвяков, то ли они ему уже чудятся.

Андрей посвистел, и далее его уже сопровождала крайне счастливая собака, которая так жалась к ногам, что даже мешала идти и совсем не обращала внимания на случайные пинки заплетающихся от усталости ног амазонок.

По возвращении на базу, Дубов торжественно подарил собаку ученице наставницы, чему та оказалась безумно рада. Так, что даже отвлеклась от готовки густой и манящей похлебки в трехведерном котле.