Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

— Остаётся надеяться, что бедняги попали в какую-нибудь волшебную страну... Как ты здорово это со шкафом придумала!

— Это не я, — словно в детстве, пробормотала волшебница. Казалось, она разрыдается. — Если б я попыталась... придумать, этот гад бы мне горло проткнул, он активность ловил... Подсознание, снова... простите меня! Ну простите! Прости!

Кёрт Олясин склонился над ней в полумраке разгромленной комнаты, и из накатившей истерики волшебницу вывело изумление — до чего он был нагло доволен.

— Дорогая Наумбия, — сказал он, изображая басок Кудоракши.

Кёрт обшарил карманы плащей, оставленных поимщиками на вешалке. Там нашлась горсть монет, позолоченный компас, но ключей от оков не было. Стиснув зубы, Наумбия открыла замки телекинезом и осталась сидеть, обессилев, на стуле.

— Этот Гаффер хлестал маниак как водичку... готова поспорить, он утащил свою фляжку с собой, — простонала она.

— Зато у нас есть морковка! — отметил Кэррот, баюкая повреждённую руку. Мешки с продовольствием так невинно стояли в углу, будто и не случилось никакой жути! Но опасность ещё не миновала.

Они вышли из пахшей озоном и сыростью комнаты, аккуратно прикрыв скрипучую дверь. В переулке стояла повозка варгольской милиции. Возничий уставился на них с недоумением.

— Снарик, обратно отгоняй! — безапелляционно гаркнул ему Олясин. Они быстро свернули за угол и вышли на широкую улицу. Здесь было людно — здание оказалось постоялым двором с лаконичным названием «Мотыль».

— Заскочим в корчму, — предложил Олясин. — Вряд ли там подают маниак, но выпить не помешает. Особенно за счёт местной милиции!

Наумбия вдруг поняла, что не собирается спорить. Если там повстречаются стражники, она что-нибудь да придумает.

Постоялый двор принадлежал всё той же Груне: помпезный портрет хозяйки украшал и это заведение. В корчме собралось много народу, но никому не было дела до парочки путников: посетители громко судачили, что теперь будет с родимым Варголом.

— Эй, а чего стряслось, уважаемые? — спросил Кэррот, ожидая, когда им нальют.

— Ты не слышал? Вестовой давеча сообщил... — повернулся к нему седовласый старик с мутным взором. — Не стало кормильца-то нашего! Губернатор Флорк умер.

Они возвратились к лагерю на лесном холме в самое подходящее время: Костик дожаривал на вертеле подстреленного Фириэлью жирного зайца.

— Видали, как я придумал? — Батлер похвастал продвинутой системой костровых рогулек.