Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

— А вчера, против жлобья варгольского, ты бы тоже не стала магию применять?

— А зачем? Это было дурацкое представление.

— Ха! Возможно. Констанс, ты как думаешь, капитан Кудоракша хотел нас проверить такими подкатами?

— Момент был театральный, конечно... но поскольку с утра мы уже схлестнулись с лесорубами, я решил, что теперь огребём и от рудокопов. Кстати, кто-нибудь понял, Кудоракша — это имя или фамилия?

— Ох, бес его знает, Констанс... может, это его суть. Такие у них тут в Варголе прозвания, что и не угадаешь!

— Мне не нравится это задание, — подал голос слишком долго молчавший Броки.

— Это от Кэррота, — отозвался Изваров.

— Да нормальное задание, — фыркнул Олясин. — А с мельницы нас погнали, когда ты напильником жернов сломал... до сих пор не представляю, как такое возможно.

— А я вот не представляю, — завёлся гном, — как мы потащим из этой проклятой долины брыкающееся чудовище!

— Ну, мы можем пока на тебе потренироваться.

В лесу быстро смеркалось. Напуганная их приближением сойка выпорхнула из кустов и с возмущённым криком исчезла среди ветвей. Кэррот сделал знак остальным проверить оружие и пощупал висящий на перевязи длинный меч. Год назад, возле Спады, Олясин мнил, что с добротным клинком, наречённым каким-нибудь именем (свой назвал звонко и коротко — Драль), сразу станет героем. А сейчас, повидав некоторые чудеса, понял, что нет. Да и фехтовал он ещё посредственно.

Изваров нёс на ремне пару топориков с длинными рукоятями. Метательные ножи прятались в кобурах на бёдрах. Он освоился управлять их полётом и порой мог вернуть обратно при промахе, не тревожась порезаться — кость же. Но железки не главное. В тренировочном лагере чародей первого класса Каленас Сатис за несколько трудных занятий обучил Изварова тонкостям восприятия. Когда плоть костенела, а тело теряло чувствительность, он ужасно боялся лишиться любых ощущений, застрять в непроницаемом панцире.

Батлер Броки тащил круглый щит из обитой железом фанеры и клювастый молоток с длинной ручкой, который Кэррот считал чеканом, Костик клевцом, а сам гном с пеной в бороде доказывал, что это боевая кирка с молоточным обухом. Спускаясь, он пользовал её как клюку.