К тебе будут приставать!

Ах да, еще выставить геопозиционирование и отображение местного времени на фото, чтобы наверняка!

Пока Аленка возилась с телефоном и топталась по берегу в поисках наиболее то ли странного, то ли типичного ракурса, солнце с любопытством выглянуло из-за горизонта, посматривая на мир пока одним глазом и сонно потирая второй лучами. 

Так что к Светику улетело два фото. На одном Аленка пыталась изобразить вымученную (и оттого нервную и пугающую) улыбку и поднятые в жесте «V – значит Победа» пальцы, а на втором – фонарь, радостно освещающий пышный куст с огромными малиновыми цветами, сбоку от которых торчала половина Аленкиного лица.

Пять минут гипнотизирования телефона и отсутствия хоть какой-то реакции на сообщение вынудили девушку признать, что подруга уже спит, и со вздохом захлопнуть телефон. Пока Светика нет, никто не может подтвердить реальность происходящего, так что можно попробовать следовать правилу полицейских в Америке: когда не можешь ничего изменить, расслабься и получай удовольствие.

Правда, там речь шла о совершенно другой ситуации, но в какой-то мере ее собственная была даже еще хуже, потому как: а вдруг все вокруг правда? А вдруг – неправда?!

Запутавшись во всех правдах-неправдах, Алена вздохнула, поправила лямку, перевесила сумку с одного плеча на другой, потом обратно, прищемила палец молнией, пытаясь ее застегнуть поверх никак не желающей влезать в недра сумки пустой бутылочки, и опустилась на песок, беспомощно глядя на распускающийся, как феерически прекрасный цветок, рассвет.

– А нас точно за своих будут принимать и не вышвырнут? – жалобно поинтересовалась девушка у океана. Океан ничего не ответил, лишь пенно лизнул берег, зато сидящий рядом (и как он тут очутился?) Маду со всей серьезностью подтвердил:

– Совершенно точно. Об этом можно не беспокоиться.

– Ага, – полубессмысленно отозвалась Аленка и с изумлением добавила: – Есть хочу.

– Тогда пошли на завтрак, – джинн подскочил с места и протянул руку. – Ресторан уже работает. 

– Точно? – с подозрением уточнила девушка, хватаясь за протянутую руку и как никогда остро ощущая себя старой креветкой.

Еще не хватало только суставами заскрипеть, будет вишенкой на тортике! Пусть раньше и не скрипели, когда-то должны же начать. Но это «когда-то» обещалось быть не в эту минуту, а как-нибудь потом, так что подъем произошел вполне сносно.

– Точно-точно, – покивал Маду. – Для нас – точно открыт. И даже еда вся с пылу с жару.

– Тогда – пошли.