Чародеи на практике

Но от рассматривания собственного маникюра не оторвался.

– А что такого рано знать Иве? Только если речь идет об извращениях!

– Ну вы нахалы! – возмутилась травница. – Можно подумать, я извращений не видела?

– А что видела? – спросила сверху Дэй.

– Ну… по крайней мере, знаю многое! – пошла на попятный Ива.

– Да ну вас, – махнул лапкой Светлый (видимо, пришел к выводу, что та безупречна), закинул ногу на ногу и обвел друзей дивным взором. – Совсем меня запутали.

Бэррин выглядел понурым, что для него было вовсе не характерно.

– И правда, Синекрылый, – переключился на дворянина тролль, – кончай страдать и давай уже что-нибудь делать, а то помрешь молодым и прекрасным. Потом таскай тебе до скончания веков цветочки в фамильный склеп. Не хочу!

– Златко, миленький, – присоединилась к атаке друзей знахарка, – действительно, поделись с нами, глядишь, и самому легче станет.

– Или тебя все же как следует попинать? – резюмировала, качаясь на своей балке, Дэй.

Синекрылый поднял наконец голову и вздохнул:

– Вы и мертвого замучаете!

– Мертвые – это к Ло! А ты лучше вещай давай! – усмехнулась травница.

Эльф наполнил бокал из стоящей здесь же бутылки вина и подал приятелю.

– Выпей для храбрости и рассказывай, сколько еще можно тебя упрашивать.

Златко посмотрел на друзей так, будто они пытали его с особым пристрастием. Однако те были неумолимы. Так что пришлось Бэррину, одним махом осушив бокал, начать свой печальный рассказ.

Глава 2

Как любая приличная история, читай: скелет в аристократическом шкафу, то есть роду, эта началась очень и очень давно. Сейчас, наверное, трудно объяснить многое из того, что происходило в те стародавние времена, а уж тем более понять, что именно двигало людьми. Порой сведений слишком мало, а факты искажены, поэтому приходится ориентироваться на легенды, что дошли до нынешнего времени в практически первозданном виде.

Для человеческой расы самой известной легендой, конечно, была та, которая рассказывала о Короле Всех Людей. О том единственном, кто смог спасти человечество от верной гибели – удержать его от шага в бездонную пропасть и вернуть на путь истинный. О том, кто не боялся никого и ничего, шел в бой в первых рядах и всегда побеждал.