Деревянная шпага

Я думал, что внутри меня будет ждать полнейший разгром, но всё вроде бы осталось на прежних местах: отрезы ткани, ножницы и мотки ниток были разбросаны всё в том же беспорядке, а сверху, с полки под самым потолком, на это укоризненно косились деревянные головы манекенов.

Неизвестно чего ожидая, я посмотрел за стойку, но тела там, конечно же, не было — о случившемся напоминала лишь затекшая в щели между досками пола запёкшаяся кровь в том месте, где лежала бедняжка Эмилия.

Моруа глядел туда же, куда я, и то хмурился, то прятал глаза.

— Что, неприятно? — не сдержался я.

— Ой, да иди ты… — отмахнулся он.

Лично проверив все полки и шкафы, перебрав ткань и вдоволь начихавшись от пыли, я не нашёл ничего интересного, кроме, пожалуй, покрытой сажей заострённой каминной кочерги, которая неизвестно как тут очутилась.

Джузеппе понаблюдал за тем, как я взвешиваю её в руке, затем бросил быстрый взгляд на мои ножны и поспешно отвернулся.

— Что?! — я упёр руки в бока.

— На самом деле ничего, — толстяк обернулся и развёл руками.

Это было подозрительно. Я внимательно изучал его лицо в поисках хоть малейших следов иронии.

— И ты даже ничего не скажешь про мою деревяшку?

— Не скажу. Если честно, у меня от этого места мороз по коже — и потому абсолютно не до смеха, — Джузеппе развёл руками. — Ты всё тут осмотрел? Идём в дом?

В жилище Эмилии мне сразу стало грустно.

У неё дома было очень уютно, хоть и тесновато, но теснота эта, в свою очередь, только добавляла уюта.

Повсюду стояли вазы с цветами, уже успевшими засохнуть, а все горизонтальные поверхности были застелены белыми кружевными салфетками, на которых осели серые крапинки пыли.

Чем больше я бродил по дому и рылся в вещах, тем грустнее мне становилось.

Для тоски было две причины.

Во-первых, я вдруг до ужаса захотел, чтобы в моей жизни появилось такое вот место – уютное, ухоженное, в которое хотелось бы возвращаться, и чтобы в нём непременно были цветы и салфетки.

Ну а во-вторых, мне было горько оттого, что хозяйка этого дома, кем бы она ни была, никогда не вернётся.

К счастью, в доме никого не оказалось, однако это лишь усилило мою нервозность. Мы с Моруа торопливо обыскивали всё, до чего могли дотянуться, но, как назло, ничего не находили.