Деревянная шпага

Поэтому, господа Дюфон и Моруа, мы требуем сатисфакции и будем ждать вас на задворках заброшенного постоялого двора на улице Сотни голубей послезавтра в двенадцать часов… И три подписи, — закончив, я сложил листок и убрал в карман.

— Чего?! — возмутился Моруа. — Какой ещё сатисфакции им надо?

— Они имеют в виду дуэль.

— А-а… — Джузеппе недоверчиво взглянул на меня, опасаясь, что я над ним подшутил. — Ну, раз хотят дуэли, то пусть и дальше хотят, нам-то что?.. Ты же не собираешься идти?

— Пока не знаю, — я пожал плечами.

— Хм… — толстяк потёр подбородок, в его глазах загорелся интерес. — А ты, кстати, сходи! Рекомендую!

— Это почему?

— Я знаю людей, которые принимают ставки на всё, что угодно. Не пройдёт и дня, как о вашей дуэли будет знать весь город. И я бы тоже сделал ставочку, — он потирал свои маленькие волосатые ручки и смотрелся просто омерзительно.

— И на кого же ты поставишь? — полюбопытствовал я, догадываясь, каким будет ответ.

— Ну что ты, дружище! — Джузеппе фальшиво рассмеялся и хлопнул меня по плечу.

— Слушай, а куда мы вообще идём? — опомнился Моруа примерно через полчаса, когда мы спустились с изжаренного солнцем каменистого склона. — У тебя есть какой-то план?

Я покачал головой:

— Ничего определённого. Так, пара догадок.

— И что же это за догадки?

— Начнём с её дома. Это пока единственная зацепка.

Моруа фыркнул:

— Думаешь, волшебники ещё не перевернули там всё вверх дном?

— Уверен, что перевернули, — кивнул я.

Я старался выбирать дорогу так, чтобы она пролегала подальше от оживлённых улиц: без гвардейского плаща я чувствовал себя голым, а случайная встреча с волшебниками или драгунами короля легко могла бы сделать мою жизнь короткой и болезненной.

Моруа постоянно ворчал: то ему было жарко, то хотелось пить, то под ногами валялось слишком много мусора, то дорогу перешла чёрная кошка, то прохожий как-то странно на него посмотрел.

Вскоре я стал прикидывать, как можно убить человека деревянной шпагой, и почти успел придумать, как вдруг за следующим поворотом показалась знакомая улица и на ней — жёлтые стены лавки.

Мы остановились там же, где прятался я несколько недель назад, наблюдая за входом.

Проторчав в укрытии около часа, мы так и не увидели ничего подозрительного. Не считая огромного рыжего кота, вальяжно лежавшего на каменной ограде, улица была совершенно тиха и пустынна.