Деревянная шпага

Причём, произнося эти слова, я очень выразительно хлопал себя по карману, где уютно позвякивало содержимое кошелька.

Этого оказалось достаточно: толстяк купился, но по дороге не переставал донимать меня расспросами.

Впрочем, даже его трёп не мог омрачить моего приподнятого настроения: я злорадно улыбался, представляя, какие будут лица у драгун, когда моя ловушка захлопнется.

Было без пяти минут полдень, когда мы подошли к заброшенному постоялому двору на улице Сотни голубей. Солнце стояло высоко-высоко в глубоком небе и изо всех сил пыталось сжечь мою макушку прямо сквозь шляпу.

Двухэтажная гостиница своей архитектурой совершенно не выделялась на фоне десятков собратьев, как покинутых, так и успешных. Подобные здания целыми кварталами возводились полтора века назад, когда стало ясно, что Южный Берег — это не жалкая цепочка островов, а огромный, неизведанный и чрезвычайно богатый континент, и в Сент-Пьер потянулись торговцы со всего мира.

Три этажа, окна без стёкол, покатая черепичная крыша, в которой чернеют провалы, безнадёжно дырявый забор, покрытый похабными рисунками, небольшой дворик и пепелище на месте конюшни — идеальное место для того, чтобы убивать и умирать.

Возможно, мне следовало бы подготовиться получше и провести, так сказать, рекогносцировку, но я счёл, что если мой план сработает, то всё будет хорошо и без неё, а если нет, то знание местности вряд ли нам поможет.

Нас ожидали: знакомая троица стояла на крыльце постоялого двора, в тени и прохладе.

Толстяк и слащавый о чём-то беседовали, а юнец слушал их, раскрыв рот, ловил каждое слово, учтиво кивал и излишне громко смеялся.

Завидев нас, они замолчали и повернулись.

— Надо же… — состроил неприязненную мину толстый драгун. — Я думал, вы и на этот раз струсите, — он вытащил из кармана монету и передал слащавому. — Это самый приятный проигрыш в моей жизни.

— Благодарю, друг мой! — слащавый спрятал серебряный кругляш. — Я просто был уверен, что они трусливы настолько, что побоятся отвергнуть наш вызов.

Моруа заворчал:

— Да-да, я уже понял, что вы высокомерные ублюдки, можете не напоминать.

Я толкнул Джузеппе под локоть, заставляя заткнуться.

— Кто первый, господа? — юный ди Кастильо чуть из сапог не выпрыгивал от рвения. — Не будем тянуть! Пусть за нас всё скажет холодная сталь!

Услышав последние слова, я чуть не фыркнул: это была одна из коронных фразочек Д’Арнуццо.