(Не)Случайные игры

— Не смей вставать! А то все лечение впустую будет. Отлежись хотя бы пару часиков!

— Слушай, это было действительно здорово! — проигнорировал меня Винтер. — У меня даже шрамов не осталось! Я твой должник, ты спасла мое прекрасное тело!

Я хмыкнула, впрочем, мысленно с ним согласившись, — мускулатура действительно была приличная, сразу видно, что маг постоянно тренировался. В отличие от простых людей, основная сила колдунов заключалась в использовании заклинаний. Но по Винтеру становилось понятно, что он и в обычном бою не станет отсиживаться в стороне.

Внезапно дверь без стука отворилась, и на пороге появился Ричард Форс собственной персоной, а в руках у него был кулёк, содержимое которого весьма аппетитно пахло. Дик даже попятился назад, поскольку мой взгляд, полный искренней радости, слегка его смутил. Впрочем, кровник быстро понял, что причиной восторга послужила еда, и облегченно выдохнул.

— Что у вас тут произошло? Оставлял я Лекса в состоянии полутрупа, а теперь у нас тут несвежего вида девица.

— Ты как всегда любезен, Форс. Умеешь девушке комплимент сделать, — не стала оставаться в долгу я.

— Валерия поставила меня на ноги, правда, слегка переусердствовала, пришлось уступить ей твою кровать, Дик.

Внезапно я ощутила необычайный прилив бодрости и практически скатилась с койки. Кто знает, чем Форс на ней занимался. Мой маневр не остался незамеченным и был прокомментирован неопределенными смешками.

А старший Форс тем временем начал разворачивать сверток с едой.

Не знаю, у кого Ричард это покупал, но этот кто-то явно был больше озабочен чистотой, нежели владелец таверны. Небольшой глиняный горшочек содержал в себе наваристый куриный бульон, а чистые льняные салфетки таили румяные пирожки, оказавшиеся с капустой. Просуществовала пища весьма и весьма недолго, быстро сгинув в желудках оголодавших постояльцев. И я с каждым новым укусом чувствовала, как настроение улучшается, и даже паутина не кажется больше такой мерзкой.

— Мне пора идти, — спохватилась я, за пару секунд до этого запихнув в рот корку пирожка.

Буквально на мгновение меня охватило странное чувство, будто я прощаюсь с каким-то важным кусочком своей жизни. Я до сих пор не понимала, почему добровольно еще раз связалась со странной троицей. Заснувшее ночью здравомыслие по-прежнему не думало просыпаться. Однако в душе поселилось плотное ощущение морального удовлетворения, словно я спасла мир. Или хотя бы маленькую его часть.