Просроченная виза

Так что же все-таки здесь произошло?..

Первое, что его действительно поразило, была золоченая табличка на добротной двери, в отличие от своих стандартных фанерных «соседок» обшитой искусственной кожей: «Генеральный директор С. О. Авдеев». Вряд ли такое совпадение могло быть случайным. «О» здесь явно тянуло на «Олеговича». А какие еще есть имена на букву «о»? Орест? Ну, знаешь ли!..

В приемной сидела секретарша – из тех, что обычно в свободную минуту служат подстилками «новорусским» бизнесменам невысокого пошиба.

В приемной было довольно жарко, и все на этой независимой голенастой девке было мини – мини-блузка, мини-кофточка, мини-юбка, вероятно, и остальное, включая мозги.

Она вопросительно уставилась на вошедшего. Шацкий подошел. Молча протянул свою визитку, где было написано все главное о нем. Девица прочла, отложила в сторону и сказала, что генеральный сейчас со строителями. Должен вот-вот вернуться. Поинтересовалась также, назначено ли ему?

Шацкий ответил, что имел дела исключительно с прежним президентом, сознательно понижая нынешнего в должности, и объяснил, что его визит – лишь результат обычной вежливости.

Вероятно, посетитель, не связанный с просьбами, опасности не может представлять. Решив так, девица предложила подождать. Шацкий присел на стул у окна. Не удержался и от вопроса, давно ли она здесь работает и знала ли прежнего начальника.

Девица равнодушно пожала плечиками и ответила, что работает у Сергея Олеговича первую неделю.

Вот как! Это уже было для Шацкого нечто. И он решился на следующий вопрос:

– Простите, может быть, вы в курсе? Сергей Олегович имеет какое-либо отношение к Олегу Никифоровичу, президенту банка «Деловой партнер»?

– Это его сын.

– Ах вот как! – улыбнулся Шацкий, но сердце его отчего-то тревожно забилось. Ой, не к добру…

«Сынишка», как сразу мысленно окрестил нового гендиректора Иван Игнатьевич, появился минут через сорок. Он вошел не один, а со спутником, который произвел не самое лучшее впечатление на Шацкого.

Ну, во-первых, сам: молодой, не старше двадцати пяти – это если учесть, что папаша его, как известно, совсем недавно широко отметил свой полувековой юбилей, – высокий, не в папу, и крепкого телосложения. Далее – черные джинсы, темная майка и грубосвязанный свитер с широким вырезом. Модная трехдневная небритость. Словом, типичный портрет удачливого бизнесмена российского розлива.